Грёзы о любви

Ее темно-серебристые волосы волной скользнули по его груди, приятно щекоча.

— Мм, скажем... я хочу... чтобы ты... достал... Пелену Карсена.

— Что?! — в изумлении выдохнул Вэил, поднимаясь с постели. — Что ты хочешь?!

— Пелену Карсена, — с самым серьезным видом повторила Линэль.

Карсен был самым знаменитым человеческим магом. Он прославился настолько, что его имя знали даже в Рассветном Лесу, а Пелена Карсена — так назывался уникальный мощный артефакт — амулет, позволяющий скрыть не только облик, но суть любого, кто его наденет, не имел цены.

Таких амулетов Карсен изготовил всего пять: два из них были уничтожены еще при жизни мага, один затерялся во время Южной войны, один хранился в Академии Трех Солнц, а последний был подарен королю Линэлиону. Его отправили в Озерную долину, где он и пылился на полках, доказывая каждому поколению магов, что на свете существуют совершенные артефакты. Светлые эльфы со снисхождением относились к смертным расам и их творениям, но Пелена Карсена была исключением и хранилась как реликвия. Никто больше не смог повторить ее: создать артефакт, способный

полностью

скрыть сущность

ото всех

. Любого существа.

Естественно, Пелена Карсена находилась в хранилище под серьезной защитой. Никто бы не отдал ее ученику, будь он хоть трижды сыном главного мага.

— Но как я ее достану?

— Придумай, — пожала плечами Линэль и вновь взмахнула ресницами, превращаясь в милую кокетку, которая так нравилась Вэилу.

— А не многого ли ты хочешь?

Принцесса царственно поднялась с постели, накинула на плечи рубашку любовника и прошла к двери балкона. Сквозь полупрозрачные сиреневые занавески было видно ночное небо. Оно было серым из-за защитных куполов, что укрывали долину. Линэль подумала о том, какое небо сейчас над Листерэлем.

— В моей семье мужчины держат слово, поэтому я ожидаю подобного от других.

Сзади, на кровати, тяжело дышал Вэил.

Его тяжелый, полный желания и страха взгляд прожигал спину. Звезд на сером небе видно не было.

***

Из отряда Нареля Миратэ выжило две трети, из которых одна треть воинов была ранена, так что приехавшей из столицы Эстель было чем заняться и на ком опробовать приобретенные у королевского целителя навыки. Перевязывая раны от грубых толстых стрел, которые разрывали мышцы и сухожилия, она думала о тех тварях, что раз за разом вторгаются в их земли.