Грёзы о любви

***

— Нейлин?

Он поднял голову от книги и посмотрел на отца: он и не заметил, как тот подошел.

— Что-то случилось?

— Нет, малыш, хотел с тобой поговорить, — признался Нарель, опускаясь на невысокую деревянную ограду рядом с Нейлином.

— Ну пап, я же уже немаленький.

— Знаю, но для родителей их дети всегда остаются детьми.

Серо-зеленые глаза отца смотрели слишком понимающе. Нейлин потупился.

— Так о чем ты хотел поговорить?

— О тебе.

Я волнуюсь. Последнее время ты сам не свой, словно тебя что-то тревожит.

— Нет, все в порядке.

— Правда?

Нейлин уставился в книгу, чувствуя выразительный взгляд отца.

— Да. Я сам справлюсь.

Тихий вздох. На плечо легла рука.

— Пообещай мне, что если тебе нужна будет помощь или ты поймешь, что не справляешься, ты скажешь мне.

Он молча кивнул, чувствуя признательность к отцу, что он не стал расспрашивать. Его чувства к Линэль были... слишком личные.

Но и невидимая поддержка отца ободряла. Давала чувство защиты, чувство, что он не один. Нейлин наклонился и уткнулся в плечо отцу, тот ласково погладил его по голове. Даже без превращения тонкий нюх ликана-полукровки улавливал едва заметные запахи не только на физическом, но и на эмоциональном уровне. Отец пах травой в поле, ветром и лошадьми. Этот запах всегда успокаивал Нейлина.

— Поедешь со мной в столицу на бал?

— А меня пригласили? — удивился Нейлин.

— Как лорд Миратэ я вправе взять одного сопровождающего. Так ты поедешь?

Можно было бы подумать, можно было отказаться, но Нейлин не мог. Он видел, что Эстель до сих пор тяжело, что ей не нравится столица, он хотел поддержать ее. Они были лучшими друзьями, даже больше: словно брат с сестрой. Они делились всеми переживаниями, а когда не могли — как Нейлин со своей любовью, — то просто искали утешения в обществе друг друга. И, конечно, он не собирался бросать подругу.

— Да, поеду.

Нейлин невольно улыбнулся, хотя в груди было больно. Он знал, что была еще одна причина поехать: увидеть

ее

.

***

Стук в дверь заставил промелькнуть огонек удивления в ледяных глазах короля: к нему редко кто заявлялся так рано. Даже Лоренс в это время только вставал. Солнце едва показалось из-за горизонта, и дворец еще не проснулся, баюкая в объятиях сна всех эльфов. Стук повторился.

— Входите.