Грёзы о любви

Учитывая, что население его королевство было намного меньше, чем у людей (в силу расовых особенностей), то зачастую на балу не представляли ни одного юного лорда или леди. Что поделать, это была их плата за бессмертие: если у людей или оборотней дети рождались каждый год, то светлые эльфы могли ждать свое единственное дитя несколько десятилетий. Впрочем, в последние двадцать лет даже среди них наблюдался подъем рождаемости. Война с северными орками унесла слишком много жизней, и Рассветный Лес благословил своих подопечных, даря им радости отцовства и материнства.

Да, немало детей родилось в семьях светлых эльфов, но все равно среди знатных родов их было слишком мало.

В этом году бал был особенным. Во-первых, представляли леди Эстель Рисанэ, дочь прославленного генерала и героя всех войн. Во-вторых, подросли королевские близнецы — Лидэль и Линэль. О красоте принцессы ходило множество слухов, и хоть она вовсе не была заперта в высокой башне, а жила полной жизнью и имела немало знакомств, впервые ее представляли высшему обществу Рассветного Леса.

На бал, учитывая его редкость, приезжали представители практически всех знатных семей. Единственными исключениями были леди Астера Феланэ, которая так и не помирилась со старшей сестрой, и лорд Миратэ, которого продолжали не жаловать. Однако в этом году он все же появился в королевском дворце и не один! Знатным сплетником нашлось обо что почесать языки: лорд Миратэ привел собственного сына — бастарда-полукровку! К счастью, они все же находились в Рассветном Лесу, а не Фелин'Сене или Арле, светлые эльфы были более сдержанными и воспитанными, в отличие от людей, поэтому никаких скандалов на балу не было, однако слухов и осуждений хватало.

Оперевшись о руку Нейлина, Эстель в задумчивости бродила по залу. Зная характер дочери, Авелис еще в самом начале вечера увела мужа подальше.

— Ей будет еще хуже, если мы будем столь явно проявлять заботу, — объяснила леди Рисанэ.

В итоге генерал большую часть бала пытался поговорить с королем, который большую часть бала отсутствовал, а Авелис весело болтала с сестрой, пока их дети и племянники наслаждались первым в их жизни взрослым праздником. За исключением, Эстель, конечно. Весь вечер она держалась замкнуто, почти ни с кем не танцевала, проводя все время в обществе Нейлина, который-то все видел и замечал: и косые взгляды, и липкий шепот за спиной.