Мелодия надежды

Но в одном Феланэ был прав: если он прикажет, она не сможет отказаться. Не бежать же за помощью к королю! Тот, возможно, и помог бы, но это тут же раскрыло бы ее маскировку. Насмешливый взгляд карих глаз, таких не по-эльфийски человеческих лишь еще больше разозлил Маю. Значит, так? Ничего, она умела многое, а лорды ее никогда не останавливали, тем более сейчас: слишком велика была цена ошибки, она не могла подвести своего короля.

Ответив на самодовольную ухмылку Феланэ милой вежливой улыбкой, Мая немного жеманно, словно настоящая леди ответила:

— Дело в том, милорд, что увеченных в бой не берут.

Она успела заметить, как дернулась перевязанная рука Адериэля, и тот неестественно спокойным голосом поинтересовался:

— А ты что, увеченная?

— Скоро стану.

С этими словами она вытянула перед собой согнутую в локте руку и со всей силы ударила ею о вбитый в землю железный шест шатра. Хруст ломающихся костей услышал даже ошарашенный Адериэль. Побледнев, словно вампир, Мая однако не проронила ни звука и, придерживая опухающую руку, отправилась в сторону шатра целителей.

— Будьте мужчиной, лорд Феланэ, вылейте воду, — с вымученной улыбкой попросила она, удаляясь. А Адериэль стоял и смотрел ей вслед таким взглядом, который явственно говорил, что теперь от язвительной служанки точно не отстанут. В карих глазах Феланэ светилось восхищение. Похоже, он наконец нашел то, что искал.

***

В тронном зале Листерэля светлых эльфов собирали редко.

Еще король Линэлион любил массовые мероприятия (включая казни), а вот его младший сын Лестер — нет. Он бал-то давал раз в год после настоятельных увещеваний супруги, а собирать придворных и вовсе не спешил, считая, что о его указах, даже самых важных, они узнают от глашатаев, а больше поводов нет. Сын Лестера, Лоренс, едва надев на голову королевский венец, нашел причину собрать придворных, правда, не во дворце. Казнить Керанэ он по давней традиции решил на главной площади Листерэля. Сказать, что подданные испытали шок, ничего не сказать. Этим поступком король

светлых

эльфов мог бы сильно подпортить свою репутацию, если к тому моменту не пользовался бы такой любовью народа, сделавшим его своим героем. Что поделать, жизнь Лоренса была для многих воодушевляющим примером, к тому же эльфы верили, что новый король символизирует перемены, что он спасет их и победит в этой бесконечной войне.