Сделка или Продам душу, недорого.

Но Тим ничего не замечал. Народ валил толпой к Мартину и Тим только успевал проделывать свои трюки. Огненные топоры, мелькая в темноте, вызывали восхищённые крики зрителей, но Тима не радовали они. Сегодня уже несколько раз он чуть не уронил топор, чего не случалось с ним давным-давно. Но даже это не огорчало его ни капли. Всё стало неважным для него. Всё, кроме Гретти, и сердце Тима грызла боль.

Закончив представление, Тим невидящим взглядом глядел на звёзды, усыпавшие сегодня весь небосвод. Тяжёлая рука хлопнула его по плечу и обернувшись, он увидел Алтманна:

– Ты чего грустишь, парень? – проговорил тот.

– Ведь ты едва не огрел того толстяка топором. Что с тобой?!

– Всё нормально. Просто я отвлёкся.

– Не дури. Тут не на что отвлекаться. Здесь не пляшут танцовщицы из труппы Бартольда или даже цыганки. На кого тут можно было отвлекаться весь вечер?!

– Не знаю, Алтманн. Просто я отвлёкся, вот и всё.

Алтманн хмуро покачал головой, но ничего не сказал.

На следующий день у Мартина появился конкурент. Небольшой цыганский обоз впустили в город.

Танцы с медведем, пляски и песни вкупе с несложными фокусами, привлекали внимание горожан. Даже для Ирмы настало не лучшее время ибо уж кто-кто, а цыгане умеют гадать так, как никто другой и у их палаток толпился народ. В этот вечер Тим рано завершил своё выступление. Зарядил дождь, который разогнал зрителей и хотя он был краток, но испортил Мартину весь вечерний сбор. От нечего делать Тим отправился бродить по площади. Он не хотел никого видеть, тем более Лисбетт. Меся сапогами серую грязь, он пытался обходить лужи и так, сам того не замечая, оказался у цыганских шатров.

Тяжёлый дух доносился от клетки с медведем, но Тим был привычен к такому. Внезапно, он обратил внимание на маленький шатёр, в котором ещё сидела старая цыганка. Тусклый свет масляного светильника озарял её морщинистое лицо. Удивляясь сам себе, Тим шагнул внутрь. Ни капли не веря в предсказания раньше, сегодня он почему-то захотел, чтобы старуха погадала ему. На душе было скверно.

Он положил на низкий столик несколько медных монет и протянул руку.

Цепкие пальцы старухи коснулись его ладони. Тёмные внимательные глаза буравили его лицо. Окинув беглым взглядом руку, цыганка заговорила, больше не глядя на ладонь:

– Ты хочешь узнать судьбу, парень?

Тим молча кивнул.

Старуха, как показалось Тиму, усмехнулась одними глазами и произнесла:

– Твоя судьба близко и в то же время далеко. Тебя ждёт женщина, которой ты не ровня, если решишься на поступок.