Стражевый компас

Он что-то говорил об улучённой форме, аэродинамики, повышенной мощности и невероятной скорости вращательных элементов.

Толпа ликовала и воодушевлённо хлопала после каждого «быстрее…», «сильнее…», «выше…».

Но когда он прокричал с трибуны, вытирая пот со лба белым платком:

— Аналогов такого летуна просто нет! — толпа взревела и скандировала в едином порыве:

— Звезду! Звезду!

Мужчина скомандовал, и ворота ангара медленно разошлись в стороны, торжественно пропуская дебютантку на первый свой бал. Словно красуясь перед всеми, на бесшумных шасси выехала «Звезда Лилея».

По толпе восхищённо пронеслось:

— Ох…!

Она отличалась от своих собратьев удлинённой и обтекаемой формой хромированного фюзеляжа. Тонкие, но при этом мощные аэрокрылья расходились в стороны, и под каждым, как оперение птицы, виднелись тонкие пластины закрылок. Лопасти воздушного винта вращались, пока неторопливо, втягивая разгорячённый поток, пробуя его на вкус.

Летун остановился напротив трибун восторженной публики.

Все затаились. Над огромным полем повисла тишина.

Летатель в кабине «Лилеи» кивнул кому-то и направил аппарат на полосу разгона.

Винты застрекотали, набирая бешеные обороты. Летун двинулся стремительно вперёд, увеличивая скорость. Нужный предел «Звезда» достигла быстрее обычных аппаратов, стрелой оторвалась от земли, втягивая шасси, и взлетела ввысь. Воздушный поток гудел, сопротивлялся, но она уверенно шла к своей цели. В переливах солнечного света, казалось, что «Лилея» сотворена из чистого золота.

Настал момент, когда летун завис, словно птица в воздушном пространстве. И… дюжина белоснежных парусов по очереди расправили свои полотна вдоль хромированного фюзеляжа. «Лилея» напоминала корабль, который лёг в дрейф, но только вместо моря она выбрала небо.

Это было невероятно. Даже мы с Марко повидавшие немало, были поражены невероятной, искусственно созданной красотой.

Происходящее вернуло в детство, когда, заприметив летун, бросали всё и мчались вслед за ним, выкрикивая забавные стишки.

Собравшаяся толпа, я и Марко напоминали тех самых мальчишек. Все, как по команде задрали головы вверх и наблюдали за полётом белоснежно- золотой «Лилеи».

Либо жара, либо моё испорченное от работы с бумагами зрение исказили картинку происходящего, показалось, что летун дёрнулся и сменил траекторию. Протёр глаза, но нет, «Звезда» действительно накренилась на один бок и резко развернулась в воздухе с пятью сорванными парусами.