Стражевый компас

Вспомнили несколько молодецких проделок и Ник вдруг спросил:

— Так почему ты сегодня здесь?

Поморщился и стукнул стаканом о стойку бара ответил:

— Личные проблемы.

— Ну…Вард, давай выкладывай. Немногословный ты наш.

Действие зерновой имеет такую особенность, как «развязывать» язык.

— У нас с Полин не будет детей. Это выматывает и рвёт ей душу. Её боль разрушает меня, а я не знаю, как ей помочь. Будет у нас ребёнок или нет – дело Небесного. Мне нужна она, красивая, добрая. Я так её люблю, Николас.

Он сочувственно похлопал меня по плечу.

Мне хотелось перевести разговор в другую сторону:

— Слушай, а почему ты тоже здесь?

Де Берг потёр переносицу и с прищуром посмотрел на меня.

— У нас за два месяца три одинаковых убийства. «Какой-то психопат сбрасывает молодых женщин с высоты и оставляет вот это, - он протянул мне рисунок, на котором девушка с крыльями за спиной парила в воздухе и надпись «Новоявленная», — больше никаких зацепок, ни свидетелей». Ни-че-го! Что значит эта картинка, не известно.

Завтра уезжаю на границы в старинный монастырь. Оттуда пришло письмо по нашему запросу. Что-то нашли. Меня дёргают со всех сторон. Устал дико. Вот решил расслабиться, а тут наудачу ты.

Хорошо, что Николас Де Берг не знал, про существование Ордена Ловцов, в обязанности которых входило сбрасывать людей с высоты, но только парней и никогда девушек.

Орден прикрывался частной розыскной конторой «Г. Вард и компания». Для всех я был первоклассный сыщик, как и мои ребята.

Прошло три недели, а этот разговор с Ником крепко засел в голове «.

..какой-то психопат сбрасывает девушек...»

Кто-то ищет девушку, зачем? Что-то уплывает у меня из-под носа, а я предположить не могу «что». Возможно, ищут «нашу» девушку, ту о которой только что сообщил Элай Баркли.

На связнике нажал кнопку «ноль три», вызывая штатного лекаря:

— Ратис, у нас выезд. Срочно!

Глава 4. Консилиум.

Ждать Гордиана Варда долго не пришлось, он прибыл в сопровождении чопорного Ратиса Строма, штатного орденского лекаря.

Пока я и Вард молча прожигали глазами друг друга, Стром огладил завитки своих тонких усов и начал действовать. Долговязый и нескладный, он удивительно быстро двигался.

Ратис напоминал хорошо отлаженный механизм, в котором каждая шестерёнка знала чёткую последовательность: осмотрел пострадавшую, открыл лекарский саквояж, достал измерительные приборы, о чём-то подумал и свойственной выдержкой опытного специалиста заключил:

— Повреждений нет.