Белый отбор. Дамы выбирают кавалеров.

Попыталась сблизиться с пасынком, войти в доверие, так семилетний мальчишка ей просто заявил, что бы не старалась, он все равно чувствует ее отношение, так что лучше им держаться подальше друг от друга. Негодник! Нет, негодник слишком слабо, негодяй!

Но, наконец, мальчишка сам дал повод: избил, чуть не до потери сознания ее старшенького, Олорина. Не просто бил, пинал ногами, уже лежащего на земле и вопившего о пощаде. И попался отцу. Тот его уволок к себе, долго орал, а потом собственноручно выпорол и запер в чулане.

Правда, ненадолго. Уже к вечеру освободил, сам проводил в комнаты, и, более того, приказал пропустить к нему дворовых приятелей с корзинкой, и пригласил ветеринара с псарни. А к себе вызвал Олорина и Леона, младшего. Долго ругал, тоже выпорол старшего, заставив младшего, трехлетку смотреть, и запер на три дня в детской, запретив сладкое и прочие вкусности. А на ее протесты грозно спросил, кого она растит!? Малолетнего садиста, который в неполные 8 лет издевается над беспомощными животными, а в 10 начнет издеваться над людьми, или человека, который будет облечен определенной властью и ответственностью за подданных. Оказалось, все произошло из-за паршивого щенка, помеси. Лучшая борзая короля, любимица, согрешила с меделяном, травильным псом, что бы покрыть грехи и избежать наказания, псари раздали щенков дворовым ребятам, как только они стали есть сами. Они играли с ними на заднем дворе, за конюшней, и тут на них как-то наткнулся Олорин, которому там делать было совершенно нечего. Принц начал орать, что дворовые распустились, собак держат, объедают короля, дети разбежались и утащили своих любимцев, кроме самого младшего, ему достался самый толстый щенок, он его выронил, хотел поднять, но Олорин его ударил, отшвырнул в сторону и стал бить щенка тростью, которую держал в руках. Щенок жалостно визжал, и в этот момент, как раз, когда ее сынок уже поднял ногу, что бы раздавить головенку несчастного малыша, на него налетел Рейнделл. Ну и роли поменялись. Щенка притащили в спальню к наследнику, он четыре дня почти не выходил из комнаты, выхаживал, поил из пипетки, перевязывал ссадины, помогал подняться, сделать дела не под себя, одна лапка у малыша была сломана, в общем, с помощью ветеринара поставил на ноги. А через год обзавелся неподкупным охранником, огромным псом, следовавшим за ним всюду, спавшим вдоль кровати, на коврике, так что подослать кого-то недоброго было невозможно.