Спасите меня, Кацураги-сан!

Больше в ближайшее время они не станут действовать против вас, по крайней мере, через меня. Но мне сказали, что, если вы сообщите обо мне полиции, меня покрывать никто не станет.

– Думаю, это ложь, – подметил я. – Вряд ли этим людям выгодно, чтобы вы оказались в полиции. Ведь вы можете сдать имена.

– Мне никто не поверит, Кацураги-сан. Эта семья очень влиятельная, и в полиции у них есть люди, это точно.

Как я и предполагал. От этого человека имён не узнать.

– То есть… Моя судьба сейчас зависит только от вашего решения, – подытожил Шибата Котаро.

– Послушайте, Шибата-сан, справедливости ради скажу, что очень ценю, что вы решили признаться во всём лично. Для этого требуется немалое мужество, либо воспалённая совесть. Что-то из этого у вас определённо имеется, и мне этого достаточно, чтобы пойти вам навстречу.

Шибата с надеждой посмотрел на меня, внимательно слушая каждое моё слово.

– Однако я соглашусь не сдавать вас, если вы раскроете имена других соучастников, – сказал я. – Понимаю, что людей из корпорации вы сдать не можете.

– Кацураги-сан, я скажу, но… Не делайте поспешных выводов, – попросил Шибата. – Этот человек ни в чём не виноват.

– Это я уже сам решу, – ответил я. – Между тем, пять минут уже подходят к концу.

– Аоки Хинами, – чуть ли не плача, произнёс Шибата Котаро.

Вот я и убедился в своих догадках.

– Как я и предполагал, – кивнул я. – Одна из сотрудниц регистратуры.

– Она – моя девушка. Я уговорил её… Убедил это сделать! – воскликнул Шибата. – Честное слово, она сама этого не хотела. Я просто… Рассказал, как сильно нужны мне эти деньги.

Поставил девушку ради денег. М-да! Очень по-мужски...

– Деньги? Которые вам заплатили вышестоящие сотрудники Ямамото-Фарм? – уточнил я.

– Да, но я всё вернул им, Кацураги-сан! Честное слово, – уверял меня Шибата.

Видимо, ему пришлось это сделать, поскольку задание он не выполнил.

– Этот вопрос интересует меня меньше всего, – ответил я. – Лучше скажите, кто помогал вам подделать мои карты. Для этого нужно разбираться в медицине, значит, вам помогал один из врачей.

Парень сглотнул и дрожащим голосом ответил:

– Простите, Кацураги-сан, но я не знаю его имени. Посредник выдал мне беспроводной наушник, через который мне диктовали, что писать. Голос был хриплым... словно его специально поменяли через программу.

Ясно.