Меж двух сердец

Некоторые придворные из свиты принцессы начинали роптать, мол, практически чужак, а ведёт себя так, словно он тут урождённый король. Несколько раз они пытались жаловаться Селесте, но та была без ума от своего светловолосого сильного и умного возлюбленного и полностью ему доверяла. И давала добро на все реформы, которые должны были вступить в силу сразу после провозглашения её королевой, а Маира королём.

Сейчас Маир лежал на холодном каменном полу и клял себя последними словами за беспечность.

Ладно Селеста - она сразу сказала ему, что ничего не смыслит в государственных делах и занялась подготовкой к свадьбе.

Но ведь он был гораздо старше, и должен был предугадать, что покатятся недовольства. Ведь он вскрывал хищения, по которым уже шли расследования, обнаружил несоответствия в налоговых отчетах со всего королевства, и прочие махинации.

Однако, он просто работал, а в свободное время наслаждался обществом своей возлюбленной, и ему в голову не приходило замечать косые взгляды и подозревать кого-то в заговорах.

Веревку, которой были связаны его руки, он уже чуть ослабил, еще немного и ему удалось снять её полностью. Руки онемели и он какое-то время тёр их, чтобы разогнать кровь. Затем он уже гораздо быстрее справился с верёвкой на ногах.

Зрение уже привыкло к темноте и он понял, что находится в одной из помещений, в которых хранились разные ёмкости для вина, которое производилось в винодельнях королевского замка.

Тут он подумал о своих похитителях: “Вот ослы, хозяйство лучше нужно знать” и стал искать то, чем можно будет справиться с замком.

Помещение наполняли бочки и бочонки, бутыли, ящики. Кроме того, здесь лежало всякое снаряжение, которым закрепляли тару с вином, когда отправляли куда-то. Здесь был целый рай для взломщика. И он снова порадовался, что злоумышленники не отличались особым умом. А, может, рассчитывали на то, что он еще какое-то время будет без сознания.

Стараясь не шуметь, Маир тщательно осмотрел хлам. Здесь были обломки металлических ободов от бочек с вином. И вот что могло подойти - ящики были сбиты мощными гвоздями. Нужно было добыть один из них.

Раскачивая доски, чтобы расшатать нужную ему железку, Маир думал - кто же именно из придворных осмелился на дворцовый переворот?

Это мог быть Лиинкут - придворный казначей, чьи растраты были легко доказуемы.