Власть огня

– Ты мог бы…

Дракон не знал, о чем собиралась просить его жена, поэтому поступил так, как посчитал нужным. Вернулся в постель, устроившись с краю, потянул покрывало, чтобы укрыть их с Джаксаей. Никогда еще не чувствовал себя так неудобно рядом с женщиной. Она не была ему чужой – их отношения сложно было назвать каким-то одним словом, – но и родной не стала. Утром лекарь подтвердил, что жизни Джаксаи ничто не угрожает, но запретил ей любые волнения.

Разговор пришлось отложить еще и потому, что едва за драконом закрылась дверь, как появилась Аджита.

Она тут же бросилась к сестре, расспрашивала о ее самочувствии, о причинах болезни, игнорируя мужа. Весь день она будто нарочно попадалась ему на глаза, но ничего не говорила, лишь укоризненно смотрела. Возможно, ждала извинений, но если кто-то и заслуживал их, то только Джаксая.

Адемар был верен своему слову: общался с Аджитой подчеркнуть вежливо, но не переступал ею же установленных границ. Уязвленная гордость, боль от несбывшихся надежд удерживали его от опрометчивых поступков.

Порой, особенно сильно хотелось отбросить все обиды, рассказать, а лучше показать, насколько она была дорога ему. Только каждый раз, думая сделать шаг навстречу, он вспоминал ее злые слова. Показное равнодушие нелегко давалось ра-Фарнассу, но и уступать он не собирался.

Водоворот дел вновь закружил его, отвлекая от семейных проблем. Адемар был даже рад недолгой поездке, которая помогла ему отвлечься от последних событий.

Вернулся несколько дней спустя, за ужином напомнил Джаксае о данном ею обещании.

Та ответила что-то про подготовку к празднику, чем немало разозлила дракона. Он не стал скандалить за столом, покинул общество своих жен, но его настроение было безвозвратно испорчено.

Однако Джаксая вновь удивила его. Поздно вечером, когда большинство обитателей замка готовились ко сну, сама пришла к нему в комнату.

– Если ты по-прежнему будешь разыгрывать непонимание, лучше сразу уходи, – устало произнес дракон, едва девушка появилась на пороге его спальни.

– Интриг мне хватает в Совете.

– Нет, – ответила она негромко, – я с самого начала должна была обо всем рассказать тебе, но поклялась отцу молчать и до сих пор держала слово.

– Что заставило тебя передумать?

Адемар не скрывал недоверия. Он давно понял, что являлся лишь одной из многих фигур в чужой игре. Знал, что его женитьба на дочерях Эллиария не только объединила два древних рода, но и обеспечила им поддержку со стороны других семей.