Инеистый лис

− Никакая я не хюльдра! Я твоя сестра!

− Тогда почему так изменилась? Смотри-ка в зеркало на себя!

Поглядела Марит, и обомлела: волосы совсем побелели, только на самом затылке осталось несколько темных прядок! Она подула на зеркало: хотела протереть, а стекло инеем подернулось! Брат, увидев это, с ужасом отшатнулся от неё. Не верит, поняла девушка, да и не удивительно: она уже сама не знала, кем является – обычной девушкой или… Кем?

Одела шубу и пошла в сторону дома вёльвы. По дороге столкнулась с подругой: смотрит, а в ушах у той сережки с алыми рубинами огнем горят – вот, оказывается кто пропажу прибрал! Заметила Аудни её взгляд, задрала гордо нос:

− Что смотришь? Мне Йоар предложил замуж за него идти! Ты эти серьги в снегу посеяла, а я подобрала! Тебе они не нужны оказались, а мне в самый раз! И не зыркай рыбьими зенками! Думаешь, выбелила волосы и сразу все с тобой носиться станут? Вот уж и нет! Да и три темные пряди на затылке забыла – они тебя выдают! Не умеешь волосы красить, не берись.

Разозлил такой разговор девушку: вот значит какая «подруга» у неё, оказывается! Посмотрела она на ненавистные серьги – рубины тут же выцвели, прозрачными стали, всякий цвет потеряли, а червонное золото побелело. Закричала Аудни, за уши схватилась: видимо, обожгло их холодом. Хотела скорее домой бежать, а ног от снега оторвать не может – намертво примерзли башмаки к земле, даже вокруг на локоть льдом все подернулось.

Марит отвела взгляд – побоялась насмерть заморозить бывшую подругу. Сама себя стала успокаивать: никогда ведь Аудни не скрывала, что ей Йоар нравится, почему же такая обида? Тут же и поняла – не за Йоара разгневалась, а из-за предательства. За то, что подруга серьги нашла, а ни слова не сказала, потом ещё насмехаться стала, словно они не росли вместе, никогда друг другу тайн не доверяли, не плакали вместе, не смеялись.

Оглянулась, обвела глазами Хестескон, вмиг из родного селения превратившийся в чужое незнакомое место. Выбежал из калитки отец Аудни, неистовый Ян Лунд, кинулся к девушке, размахивая дубиной. Дунула она на него, и здоровенный воин к месту примерз, как статуя, весь льдом покрылся. Еще сильнее завыла Аудни.

− В тепло его отнесите, к вечеру оттает, ничего ему не будет, - произнесла Марит, отвернулась и к лесу пошла.