Элемента.М

- Я тебе хотела сказать, что мы паспорт Одинцовой нашли, - сказала она тускло и Дэн почувствовал, что ей это как-то было всё равно, звала она его не для того, чтобы это сказать, - Стали там для деда комнату готовить, кровать перестилать, он откуда-то из-за кровати и вывалился. Непонятно откуда и как он там вообще мог находиться. Кровать эту несколько раз и выносили, и заносили, и переставляли, и перестилали. Матрас с подушкой выносили морозить, все перетрясли. Но факт остается фактом. Паспорт нашли.

Дэн кивнул и смотрел на главврача, которая говорила все это как-то рассеянно, не поднимая головы и рассматривая свои ногти.

- Что-то не так? - спросил он серьезно.

Она вздохнула, посмотрела на него внимательно исподлобья, набрала в легкие воздух, но шумно выдохнув, но так ничего и не сказала.

- У вас какие-то неприятности? - спросил он, - Из-за меня?

Она улыбнулась, подняла на него глаза.

- Какие вы все мужики самовлюбленные. Чуть чего: я, мне, меня, из-за меня. Нет, Майер, не из-за тебя. Да и неприятностями это не назовешь. И, наверно, тебя это действительно и не касается.

- Но я могу чем-то помочь? - он не стал обращать внимание на ее претензии и по-прежнему оставался серьезным.

- Наверно, нет, - она выпрямилась в кресле и начала перекладывать на столе бумаги, - Точно нет. Все что хотела, я тебе уже сказала.

Он понял, что она приняла решение и разговор окончен, поэтому встал и пошел к двери.

- Ну, если вдруг передумаете, я всегда готов выслушать и помочь чем смогу, - сказал Дэн, останавливаясь и поворачиваясь к столу.

- Спасибо, Дэн, - сказала Екатерина, улыбнувшись, - Правда, спасибо!

И она не сказала больше ни слова. И хоть решимость ее не была мрачной как у девушки на могиле с флёрдоранжем, и её решение принесло ей даже какое-то облегчение, Дэн немного расстроился, что она с ним не поделилась.

Печка приветливо потрескивала, оставляя на стене яркие желтые блики. Довольный и сытый Полкан растянулся перед ней довольно облизываясь. В аскетичной обстановке деда было единственное кресло, в котором и устроился Дэн. Деревянное и низкое с давно продавленным сиденьем, заложенном подушками, как ни странно, оно было намного удобнее современного кресла, в котором Дэн спал в больнице.