Время меняет всё

«Ему хватило одного лишь взгляда», — подумала я с уважением, уверенно определяя негласного главу клана и испытывая сильные сомнения в том, что когда-то могла быть такой же.

Между тем, дождавшись пока утихнет звук шагов Ланы, вампир заговорил:

— Честно говоря, я не ожидал увидеть тебя снова. Но ты здесь и, вероятно, пришла за ответами… — Он скрестил руки на груди, откидываясь на спинку стула и наблюдая за мной из-под прикрытых ресниц. Глаза у него оказались серыми, чем напоминали мне о том демоне.

— Мне нужно знать, что случилось тогда с кланом и со мной, — проговорила я, в волнении стискивая фигурные подлокотники.

Томас склонил голову набок и поинтересовался:

— Хочешь понять, чем рискуешь, принимая предложение Ланы?

— Нет, просто собираюсь во всём разобраться. Какой контракт я нарушила?

Последнего вопроса мой собеседник совершенно не ожидал и поэтому вновь выдал свои эмоции. У меня же появилась нехорошая догадка: судя по всему, об этом факте моей биографии вампиры собирались умалчивать до последнего.

— О деталях я сам ничего не знаю, — признался Том. — Просто многие считали, что тайна твоей силы кроется в контракте с адом. И кому-то однажды пришло в голову повторить твой подвиг. Когда мы с тобой и Ником вернулись, поместье уже было объято пламенем, удалось спасти только Лану. Тебя же…

— Убил демон, — закончила я вместо него.

— Да. Он забрал твою жизнь вместо жизни Ланы. Это сильно изменило её, заставило искать способы тебя вернуть. Признаюсь, я был не в восторге от её идей и до последнего надеялся на то, что ничего в итоге не выйдет.

— Почему?

— Догадываешься ведь, куда направляются все те, кто заключал контракты с демонами, — нехотя произнёс Томас. — Понятия не имею, что с ними происходит дальше, но вряд ли так легко и без последствий, вырвать душу из лап демона.

А они и не вырвали. Он бродит совсем рядом и ждёт…

— Значит, и ты верил в существование контракта?

— На это слишком многое указывало, — пояснил Томас, разводя в стороны руками.

Я вспомнила тот тихий, полный обречённости голос, понимая, кому он принадлежал.

Отпусти их.

Вот, значит, какой была версия прежней меня. Теперь совсем не удивительно, почему мне таких трудов стоило заставить окружающих обращаться ко мне правильно.