Время меняет всё

Мать запрещала выходить во двор и даже смотреть в щелочку между ставнями, но Эрику так хотелось узнать, что происходит там на самом деле…

И однажды любопытство оказалось сильней предостережений и глупых страхов. Когда в доме уже все спали, и ненастье стихло, мальчишке всё-таки удалось покинуть кров, выскользнув за дверь. Огни и отзвуки далёкой музыки манили к себе, обещая самое настоящее приключение. Он так часто слышал о феях, но никогда не видел их воочию.

До ушей донеслись слова песен и смех людей и ноги сами сорвались на бег.

Здесь, среди костров до небес и взлетающих к небу искр, оживало волшебство. Огонь не обжигал, и казалось, можно пройти насквозь, оставшись невредимым.

Феи, а, наверное, это и в самом деле были они, приветливо улыбались Эрику и махали руками. Их звонкие голоса разносились над поляной, а счастье оказалось таким заразительным. Никто не пытался окликнуть его и сказать, что такому мелкому тут делать нечего.

Столкновение стало полной неожиданностью. Причём, для них обоих — светловолосый подросток, не намного старше Эрика, успел придержать того за плечи, не дав рухнуть на землю.

Впрочем, возмущение в сумрачных глазах отражалось недолго.

— Смертный? — удивлённо протянул он, убирая руки. — Откуда ты здесь?

Неопределённый взмах дрогнувшей руки Эрика, вызвал у подростка искреннюю улыбку.

— А ты смелый. Хочешь прогуляться?

Согласие сорвалось с губ, опережая мысли. Магия ночи была сильнее сомнений, а неожиданный спутник оказался интересным собеседником. Тот факт, что он был демоном, не помешало зародиться дружбе.

И с тех самых пор он приходил каждую из тех особенных ночей, когда грань между мирами становилась тоньше.

Я не заметила, как подошла ближе к костру. Народу поблизости бродило немало, однако ощущение толпы совершенно не давило. Были здесь и феи и местные вампиры. Последние бросали в мою сторону заинтересованные взгляды, но этим их любопытство и ограничивалось. Честно говоря, я не представляла, о чём говорила бы с ними…

Эрик и раньше не особо разделял забавы сверстников, а с появлением у него тайного друга, и подавно.

Только мать с завидным упорством, отправляла сына на улицу, когда ей не требовалась от него помощь по дому. Она будто не замечала синяков и ссадин на теле мальчишки. Зато замечал Рав.

— Эри, ты слишком добрый, — выговаривал он, после того приятель отказался от помощи в наказании недоброжелателей. Да и не хотел Эрик никого наказывать, только лишь бы отстали от него…

— Я справлюсь.