Лу за гранью свободы

Под “Буревестником” расходились облака, открывая воздухоплавателям небольшой кусок скалы, на котором громоздилась куча всякой дряни: обломки досок, стволы некрупных деревьев, какие-то пестрые тряпки и неопознанные пока объекты. Лу, к примеру, разглядела настоящее пилотское кресло и куски обшивки катера.

— Здесь не окно, — прохрипела она. — Здесь дверь была. Такая большая, что мог попасть человек.

— Или она притащила что-то из другого места, — не согласился Байд. — Энрике, курс на снижение.

— Слушаюсь, капитан.

— Похоже, птенцы, — довольно мурлыкнул капитан, почесывая собаку за ухом. — Едва вылупились. Славный пир будет. И окон нет активных, тирахи совершенно спокойны.

— Я… пойду? — булькнула Лу.

— Да иди уже. Заблевала мне весь корабль.

Лу, покачиваясь, убежала в каморку, где упала на пол, свернулась клубочком и долго плакала, жалея детенышей, потерявших и мать, и саму жизнь. Разумеется, они бы все равно не выжили. Но к мясу их она точно не прикоснется!

Корабль болтало в воздухе, он рывками спускался вниз.

У девушки то закладывало уши, то кружилась голова. Потом он застыл. Никаких предсмертных криков до нее не донеслось, но она все равно дрожала и закрывала уши руками.

Спустя какое-то время в камбузе раздался веселый голос Лори:

— Эй, принцесса, выходи! Пора браться за дело!

Лу выползла из своего укрытия.

Вокруг были ведра с кусками мяса, а еще деревянные щепки, вполне годившиеся на растопку плиты. Повариха укладывала на противень внушительную розовую тушку.

— Это… птенец?

— Это ужин. Чудо что за добыча, а я-то жаловалась, что мясо кончается! Этот цыпленок размером с доброго хряка, а мясо нежное-нежное… Сейчас обложу его овощами и в духовку.

— Сколько их было?

— Два, как и всегда. Одного в бочку и жиром зальем. Потом продадим снизу, это редкий и дорогой деликатес. Ты бы шла к капитану. Они там гнездо разбирают. Много всякого… дивного нашли.

Лу поспешила выйти. Кровь на палубе застыла бурыми разводами. Два ведра воды никак не исправили ситуацию.

На корме высилась внушительная куча металлолома: куски обшивки, какие-то трубы, ржавые полосы и прочий хлам.

— Здесь железа немного, — сказала Лу, пиная обшивку. — Откуда? Никель, алюминий, композитные сплавы.

— Сам знаю, — буркнул сердитый Байд. — Ну, ножи ведь из этого можно выточить?

— Алмазным резцом разве что.

— Значит, можно. Все лучше бронзы. Да, расплавить можно не все. Но прочность явно отличная.

С этим Лу пришлось согласиться.