Лу за гранью свободы

Куда-то бегут, чего-то хотят. Торгуют, женятся, блудят. Едят и пьют.

— Моются в горячей воде, носят чистую одежду, рожают детей, — дополнила Лу.

— Бр-р-р, терпеть не могу детей. Но вода и одежда — это хорошо.

Лу больше не хотела ребенка, здраво понимая, что ей с младенцем просто не выжить на корабле. Да она умрет в родах! Врачей тут не наблюдается, между прочим! Но мечта есть мечта, и она невольно покосилась на Джанно. Неплохие гены. Сильный, здоровый, спокойный. Жаль, что зачатие здесь возможно только естественным путем, да и вряд ли с первого раза.

Лу его не хотела. Друга — да, готова была в нем найти. Но своего мужчину? Нет. Слишком они разные. Совершенно не тот. Вздохнула тоскливо и пробормотала:

— Джанно, у нас ведь теперь есть вода? Я помоюсь в камбузе и постираю рубашку, ладно?

— Делай что хочешь, при чем тут я?

— Ну… просто не входи.

— Ясно. Давай я принесу тебе воды, принцесса. Пока никого нет — можно и на плите нагреть.

Это было даже больше, чем Лу мечтала.

Помыться в горячей воде! В одиночестве! Не трясясь, как пугливый заяц, от каждого шороха! Ей нагрели целых два ведра воды, выдали ковш, и она с огромным удовольствием окатила тело водой. Почти счастье. Кажется, она начинает привыкать к этой жизни. Все понятно и предсказуемо. Еще бы одежду свежую добыть, и можно подумать о будущем.

Но увы, из новой (относительно) одежды у Лу после дележки добычи оказалось только три разноцветных носка. Богатая доля, ничего не скажешь! Теперь она может ни в чем себе не отказывать.

Вернувшийся с острова Байд был невесел. Очевидно, не удалось дорого продать добычу.

— Проклятые птицы, — бурчал он. — Слишком уж они расплодились. Никому не нужны перья, а за мясо дали совсем смешную цену. Кресло более-менее удачно продал, и все. Ну ладно. Надо прошвырнуться по проверенному маршруту. Сначала к острову Криш, потом слетаем к Базе, узнаем новости.

Лу решила, что не стоит его просить об одолжении. Она-то думала выменять несчастные носки хоть на какую-нибудь ветхую рубашку, но увидев настроение капитана, остереглась.

И правильно сделала. Он наорал на Энрике и Джанно, объявил общий сбор, и “Буревестник” сорвался с прикола вверх, в студеный поток. Матросы ворчали, что не успели отдохнуть, Энрике, который вовсе не побывал на острове, пылал холодной яростью, и только Джанно молча делал свою работу и на все возмущения команды пожимал плечами. А Лу радовалась.

Во-первых, она успела помыться.