Руны законов Сварога

— Наш молчун* поведал, что люди из деревни «Бабье лукошко» до нас доехать не могут – их упыри окружили, бродят по округе, кричат страшно и обещают досуха всех «выпить». Глумятся, кровососы драные!

— Так ты хочешь, чтоб я в ту деревню отправилась и с армией упырей сразилась?! — удивлённо спросила я.

— Так не одна ж, Звенечка, — градоправитель нервно сглотнул и подошёл по ближе, а затем снял меховую шапку и вздохнул, обдав меня запахом чего-то фруктового и сладкого. — Я тебе дружину свою дам – полтора десятка воинов.

А?! Выручай, золотце ты наше. В «Лукошке» два десятка телег с зерном, сеном и молоком. То ж наша истинная житница – мы без их помочи до конца зимы не доживём! Надо телеги до острога сопроводить. А иначе, как пить дать, быть голоду в «Орлеце».

(Молчун – вид жрецов Стрибога, что дали обет молчания, в обмен на дар слушать речь воды и ветра, а после молвить лишь для того, чтобы передать услышанное послание. С помощью безмолвных жрецов или, как их называют в простонародье, «молчунов», можно обмениваться сообщениями на любом расстоянии, прим.

автора)

Я задумалась ненадолго. Разумеется, я должна была помочь. Ежели сейчас отвернусь и в стороне останусь, во-первых, сама себе не прощу – «Орлец» давно стал мне родным – а, во-вторых, люди не простят, могут и обозлиться, а мне такого поворота в жизни совсем не надобно!— Хорошо,— согласилась я.— Только добавь десяток стражников со стен и ещё эта услуга будет стоить городу пять сребников и один златник.

Три сребника – вперёд.

— Звенечка!.. — ахнул градоправитель.

— Торговаться не стану, — предупредила я. — Дело предстоит опасное, армия упырей, хорошо, если не высших, – это много хуже истиной пары перевёртышей.

Я точно знала, что назначила вполне справедливую цену. Любая ведьма, на моём месте, запросила бы вдвое больше. Тем более, что я знаю какие, примерно, доходы у Любодара и его приближённых. Уж пяток серебряных и одну золотую монетку как-нибудь «наскребут».

Наместник с обречённым видом махнул широкой ладонью, сверкнув золотыми перстнями.

— По рукам, — кивнул он и попросил. — Только поторопись, прошу.

Градоправитель ушёл, а я торопливо заметалась по большой горнице.

— Маш, принеси с чердака ларец с лисьими зубами и шерстью, а ещё мешок с цветными нитками и суму с колокольчиками.

Косолапова, подобрав поневу* и подол рубахи, помчалась вверх по ступеням.