Руны законов Сварога

Оба стражника, что ехали почти рука об руку, смеялись всё более заливисто, а их смех срывался, менял тональности и всё больше походил на хохот, с каким хохочут помешанные вшивые бродяги, что постоянно предрекают разные несчастья.

Я зажала в руках пузырёк со снадобьем для противодействия. Внутри небольшой округлой баночки с толстым стеклом чуть колыхалась смесь измельчённых до состояния порошка эмали моллюска перловицы, корня зверобоя и листьев можжевельника.

Я ударила коня пятками, и Блик быстрой рысью подъехал к хохочущим стражникам.

Облачённые в островерхие шлемы и толстые стёганки с крупными металлическими заклёпками, стражника продолжали истерично хохотать. Они задыхались, их лица быстро краснели, из раскрытых ртов летела слюна, а из-под зажмуренных глаз по сморщенным щекам текли слёзы.

Лошади под смеющимися мужчинами напротив волновались, фыркали и стригли ушами. Подъехав к смеющимся стражникам, я успела заметить, как из тёмных дебрей леса тускло сияют четыре пары глаз.

Смутно угадывались вытянутые худощавые силуэты, ростом примерно в полтора раза выше среднего человеческого, с рогатыми головами ис гибкими коровьими хвостами.

Было время, когда улишиц считали родственницами или даже жёнами чертей, но научные исследования в общинах волхвов и ворожей выявили ошибочность такого мнения.

Когда я приблизилась к хохочущим воинам Орлеца, один из них, в приступе безудержного хохота, выпучил глаза и начал царапать себе шею. Второй и вовсе окинул голову назад и свалился с лошади.

Двои воителей острога спешились и поспешил на помощь товарищам. Они сняли с лошади другого хохотуна и насильно усадили на землю. Тот брыкался, одновременно плакал и рыдал, а между смехом судорожно пытался втянуть воздух. Я встала на колени рядом с упавшим с коня воина. Тот отделался несколькими ушибами, потому что навернулся со стоящей лошади, притом на бок и не слишком резко – он скорее неуклюже соскользнул, а не рухнул всей тяжестью.

Роя сапогами снег на заледеневшей брусчатке, зачарованный улишицей воин продолжал дико хохотать.

Остановившиеся рядом дружинники и стражники с оторопью и страхом глядели на то, что творилось с их соратниками. Воин, что лежал у моих ног, резко, с хрустом, выгнулся грудью вверх, словно какая-то невидимая сила вдруг грубо потянула и приподняла его. А через мгновение изо рта несчастного брызнула желто-белая пена, с остатками недавно переваренного завтрака.