Руны законов Сварога

Я хотела было поспешить к нему, но тут один из волотов, проревел что-то неразборчивое и с глухим треском и удивительной лёгкостью вырвал из земли дерево. В следующую секунду исполин метнул ветвистую осину в отряд дружинников.

Я выкрикнула заговор, перед летящим деревом из снега выросло новое дерево и широко раскинуло ветви, преграждая путь летящей осине. «Снаряд» волота с громогласным гремящим хрустом врезался в магическое древо, и во все стороны брызнула туча щепок и острых обломков ветвей. Несколько стражников увернулись или успели закрыться щитами, но одному из всадников сразу две щепки вонзились точно в лицо.

Мой предупреждающий крик повис в воздухе, когда я увидела, как раненый воин безвольно катиться по снегу между пылающих деревьев. Несколько осмелевших упырей бросились к нему. Двое дружинников и стражник с луком рванули к раненному товарищу, но упырей было слишком много и они были слишком голодны.

— Бра-атцы… — прохрипел раненный в лицо воитель и протянул дрожащую руку к одному из соратников.

— Вязга! — закричал воин из той троицы, что спешила на помощь побитому щепками воину.

Бегущий стражник начал стрелять, несколько его стрел убили упырей, но кровососов уже выскочила целая толпа. Трое ратников вынуждены были отступить. Вязга закричал, когда его выволокли во тьму, а затем сразу несколько упырей впились в его плоть.

В танце пламенного света и тьмы ночи, в мерцающей полутьме, мы все могли видеть, как тело Вязги дрожало в предсмертных судорогах, а дюжина упырей, срывая с воина доспехи, лихорадочно вгрызалась в его конечности, шею и тело.

— Вернитесь в строй! — Кочебор рявкнул на оцепеневшую от увиденного троицу.

Трое пораженных кровавым зрелищем воинов, нехотя, выполнили приказ.

Двое крестьян поймали коня покойного Вязги, и один из них тут же на него взобрался. Какая-то женщина из жителей «Лукошка» истошно, с истерической паникой закричала:

— Нам конец! Это конец!.. Они сожрут нас!.

Один из стоящих рядом мужчин что-то сердито крикнул ей, но женщина не прислушалась. Тогда этот же рядовец отвесил землячке пощёчину. Та вскрикнула, покачнулась и схватилась за щеку. Заплаканные глаза женщины уставились на обидчика.

— Не ори, идиотки кусок! А не то тебя же упырям выбросим! — пригрозил ударивший крестьянку мужик.

Я осуждающе поджала губы, но вмешиваться не стала. Не до того, да и панику никогда нельзя разводить.