Просто фанатка

Мёртвая сковывающая сила ощущалось здесь так остро, как нигде в нави. Расслабленность, медлительность и апатия цеплялись за плечи, тянули к земле. Хотелось лечь и не шевелиться. Такие мысли казались приятными — зовущими. Я стряхнула навязчивые чувства, принадлежавшие не мне, но проклятому месту.

Спустя несколько мгновений передо мной стала сгущаться тьма. Это походило на явление Вестника в круг. Только что-то мне подсказывало, что ждать мне следовало далеко не прислужника нави.

Рука нырнула в карман, кольцо скользнуло на указательный палец, и мне оставалось только дожидаться, когда создание предстанет перед моим взором.

Явившаяся мне незнакомка оказалась одного со мною роста. С темными струящимися по плечам волосами, перетекавшими отблесками родника в лунную ночь. Бледная кожа, казалось, никогда не видела солнца; лишённые румянца впалые щеки с отчётливо выступающими хищными скулами, обескровленные губы, почти фиолетовые в свете факелов. Она была облачена в чёрное платье, деталей которого не разобрать в сумрачном свете.

Всё это я отметила краем сознания, потому что почти сразу угодила во власть её чарующего взгляда. Её глаза завязались во тьме мерцающими орбами мрака, лишенными привычного человеческого устройства, и теперь смотрели на меня, отражая болезненное узнавание, возникшее в глубине моих собственных глаз.

Этот взгляд мне был хорошо знаком. Его отражение я видела в зеркале каждое утро, приводя себя в порядок перед занятиями. И ещё до того — дома, в поместье. Я знала его ровно столько же, сколько помнила себя.

Из сумрака раздался надломленный голос Колобка, видимо, и ему стоило немалых усилий пребывание в чертогах Смерти:

— Я привёл её, Хозяйка,

Через поле, через лес…

— Вот мы и встретились, мама, — оборвала его я, продолжая пристально смотреть на создание перед собой.

Губы женщины обозначились подобием улыбки.

«Вот мы и встретились, дочь», — отозвался голос в моей голове — голос, принадлежавший Хозяйке нави и моей матери.

***

Когда отец наконец принял тот факт, что от Филиппа я не отступлюсь и, возможно, мы больше с ним не увидимся, он поведал истинную историю моего появления на свет. Как оказалось, до того дня я жила с чистым образом доброй заботливой матери, покинувшей этот мир в тяжелых родах — матери, которой никогда не существовало.

С раннего детства я носила цветы на могилу женщины, чьи кости считала родными.