Фамильяр и ночница

— И я рада, голубчик: такие, как мы, здесь редкие гости! Кроме отщепенцев разве что, — прищурилась домовиха. — А для тебя я еще припасла подарок!

Она протянула лесовику банку, закрытую куском ткани и перевязанную бечевкой. Рикхард осторожно открыл ее и увидел красную студенистую массу, похожую на варенье, только вместо ягод или плодов в ней виднелись цветочные лепестки. От массы пахло чем-то хмельным и сладким, и только потустороннее чутье улавливало нотки меда, молока и крови — излюбленного топлива для жертвоприношений.

— Где ты это взяла, Есения? — спросила Силви.

— Достопочтенный Глеб Демьянович принес ее в кладовую не далее как вчера, — охотно объяснила женщина и в ее глазках заблестели насмешливые искры. — А до этого он долго пропадал в своей колдовской обители. Это варенье из лепестков ульники — новая его придумка. До этого он, вероятно, использовал стебли и корни, только в доме не держал. А вот как они попадали горожанам в желудки, я знать не могу. Уж не обессудьте, касатики!

— Спасибо тебе, Есения! — ответил Рикхард.

— Да я тебе так сразу и не скажу, — нахмурилась домовиха. — Если человек за один присест всю банку уговорит, то его скорее всего вытошнит, а потом быстро полегчает. Если одной ложкой ограничится — ничего и не заметит. А вот если его подкармливать изо дня в день, не пропуская, то и пойдет по накатанной: печаль, меланхолия, мигрени, обострение старых недугов, а потом и гибель.

Тут она умолкла, и все трое нелюдей растерянно переглянулись.

— Выходит, Бураков намерен растить и возделывать ульнику специально, без всяких благодарственных обрядов, — промолвил Рикхард. — Прежде продавал снадобья через аптекаря, а теперь и за варенье решил взяться. Но зачем ему это нужно?

— Да тут и черт не разберет, не то что мы, — развела руками Есения. — Люди порой и сами не понимают что творят! Но этот Глеб Демьянович... знаешь, Рикко, он и в юности был той еще бестией! Растлевал прислугу в отцовом доме, даже совсем малолеток, а кучеров просто лупил арапником.

— И как у подобного существа может быть что-то общее с Даной? — вздохнул Рикхард. Силви язвительно взглянула на него, но промолчала.

— Жизнь и не такие загадки подкидывает, милый, — отозвалась Есения. — Ладно, вы пока пошепчитесь о своем, не буду вас смущать.