Ангелы: Анабазис

Зачем? Проверяла нас? Повязывала кровью? Убеждалась, что не отступим? Зачем?

Стратим ещё больше выпрямилась и поправила накидку на плечах. Вскинула лицо. Волосы зашевелились тугими толстыми волнами, сбросили налипший снег.

- Можешь не отвечать, - махнул рукой Михаил, - дело твоё! – и снова поднялся уходить.

- Я отвечу, – голос Королевы проник в сознание и задержал движение.

Михаил вернулся.

- Ты прав, Горгония не воин. Она не остановила бы меня силой. Но ей не нужна сила.

- Гипноз?

- Нет, - Стратим зябко передёрнула плечами.

– Любовь. Нежность. Доверие.

- Не понимаю. Вы что спите вместе?

Королева посмотрела внимательно, словно подозревая его в нечестности.

- Горгония – жрица для гнезда, – наконец медленно сказала она. – Но Горгония и первая воспитательница для Королевы.

- Воспитательница?

- Да, - Стратим опустила взгляд. – Она здесь, чтобы воспитывать нас в милосердии и чуткости. Чтобы Королевы сдерживали своих детей, и чтобы всех сдерживала вера.

- Мать моя женщина, - потрясённо процедил Михаил, - убили няньку! Детский сад…

- Это наш первый учитель, – чёрные глаза зло сверкнули углями, волосы туго взвились.

– У нас нет матерей, как у вас, – когда рождается новый выводок королев, старую матку убивают. Это закон! Чтобы воспитать юных в понимании себя и мира, нужна кормилица. Она сдерживает нас от взаимного уничтожения, а гнездо спасает от вымирания.

- И мы убили единственную надежду твоего гнезда на выживание? Нет, я, конечно, далёк от ваших проблем, но просто для справки – разумные существа имеют инстинкты сохранения рода, не позволяющий им совершать преступления против своего народа.

- Разумные – имеют, – хищно улыбнувшись, отмела Стратим. – Не волнуйся, Отец! Горгония не одна. Сколько королев в гнезде, столько кормилиц. Они приходят из другого мира и уходят туда же, когда кончается жизнь воспитанниц.

- Так, - протянул Михаил задумчиво, - А Королев много?

- У меня три сестры. Одна правит, две служат в храмах.

- А ты почему не в храме?

- Я была в изгнании, - Стратим гордо распрямилась.

– Видишь знак на мне? Я родилась первой и должна была принять правление. Но Горгонии решили, что я не способна на это! Что в моё правление гнездо потеряет больше, чем приобретёт! И меня клеймили, лишив сил. И выгнали в другой мир, как только подросла.

- А теперь ты вернулась… С обидой и местью.

- Не с местью – с правом перворождённой. Не с обидой – со знанием того, как надо править! Другие миры – это боль без родины, без родных, без любящих.