Ангелы: Анабазис

Бедро – колено – ну, вот и на ноги встал, в стойку… А в глазах, размыто косыми белыми полосами медленно тянущегося в ветре снега – ожидание. И - сталь и туман, как при готовности к смерти – своей или чужой.

- Старший лейтенант Зубров! – прохрипел Михаил. Тот не успел отозваться – Медведев не дал, приказав тише и спокойнее: – Займитесь делом…

Мгновение ещё постояв истуканом, Юрий отвернулся и двинулся к бойцам.

«Ну, вот и… плохо, короче… Служили два товарища… ага… Дай жизни, Калуга… Даёшь, Кострома! Обиделся чёрт, всерьёз обиделся…», - Медведев тяжело выдохнул и почувствовал, как загорелись жаром ноздри.

Поднёс ладонь – на пальцы закапало. Он стоял, держа ладонь перед собой, и смотрел, как на неё падают капли и снег. Чёрные капли стекались в центр, затапливая линии жизни, а холодные белые комья ложились поверх, закрывая от взгляда мелкое озерцо в руке.

Командир группы «Р-Аверса» оказался рядом незаметно.

- Нда… Горазд ты драться, Михаил, – придвинулся он ближе, чтобы не перекрикивать ветер.

- Уж кто бы говорил, - хмуро отозвался Медведев и, подхватив с земли снег в ладонь, прижал его к носу. – Меня-то приложил на раз.

- Я?! – опешил Полынцев. – Это ты меня положил!

Медведев посмотрел на «раверсника» с подозрением:

- Не понял…

Полынцев пожал плечами и скупо улыбнулся неразбитым уголком рта:

- Ну, вырубил ты меня. Вчистую. У тебя кулаки да колени, что кувалды. Мне и прилетело по самое аллилуйя. Отправил отдыхать.

- Чёрт… - протянул «таёжник». – А мне показалось, что это ты меня…

- Нет, ты! – Полынцев открыто усмехнулся.

– Точно знаю – мужики сказали.

- Ну, ни фига себе! – хмыкнул Медведев и покачал головой. Да, бывает же! Сбросил подтаявший красный снег и набрал в ладонь свежий. Опять прижал к носу. Кровь всё не унималась.

Взглянул на своих людей. Ворона спеленали и обвязали, подготовив к переноске. Нести предстояло Катько, Славяну, Родимцу и Зуброву. Батон брался подхватить поклажу раненого товарища в довесок к своей. С одной здоровой рукой и это было не мёд.

Яромир скомандовал своим «на выход!» и люди быстро распределились. А подросток-тэра и его поводырь и страж придвинулись к камням. Сивый положил ладони на чёрные валуны и наклонил голову, прислушиваясь к чему-то неявному. К Медведеву и Полынцеву подступил пожилой боец Одина-та и без слов указал на их место в группе при движении. Оба капитана кивнули и присоединились к своим людям. Заметив подходящего друга, Зубров качнулся и сдал в сторону.