Палач, скрипачка и дракон

В ту ночь, когда принцессу убил дракон, ее скрипка также пострадала. Больше она не зазвучит, но зато вечно останется красивым памятником своей владелице.

Флориан Дрешер поднял листок, в котором Энрика узнала свою анкету, и произнес:

– Я подтверждаю ваш разряд, фрау Маззарини. Запишитесь в книгу и получите у лакея ключи от гостевого флигеля. Вы успешно прошли прослушивание. Поздравляю и – удачи на конкурсе.

Флориан Дрешер шел через зал вечность, и ровно столько же, открыв рот, Энрика смотрела вслед. А когда дверь за ним закрылась, упала на колени.

Вернее, попыталась упасть – ее подхватил оказавшийся рядом мужчина в ливрее – очевидно, тот самый лакей, у которого предстояло получить ключи.

– Ну-ну, фрау Маззарини, – негромко сказал он. – Прошу, присядьте. Вот так. Теперь вам точно не помешает бокал вина, а я пока схожу за ключом. И – прошу, окажите честь, возьмите платок.

– Спасибо, – только и выдавила утопающая в мягчайшем кресле Энрика, прижимая к глазам надушенный кружевной платок.

Глава 10

Фабиано Моттола шел впереди, не оглядываясь. Лиза семенила следом, то и дело спотыкаясь – легкие туфли отнюдь не предназначались для ходьбы по такому снегу. Ряса, кстати, тоже, но Лизу грела накинутая поверх теплая куртка Рокко. Он выскочил из дома – даже дверь не успела закрыться – и окликнул Лизу:

– Сестра! Да что ж это вы мерзнете почем зря? Примите уж утепление какое-никакое!

Фабиано остановился шагах в десяти, а Лиза позволила Рокко одеть себя.

– Спасибо вам, синьор…

– С Гиацинто – ни слова, – прошипел на ухо Рокко.

– Он кретинически опасен.

– Критически, – машинально поправила Лиза и тут же спохватилась: – А что – убьет?

– Кретинически! – настаивал Рокко. Теперь он развернул недоделанную монахиню к себе лицом и тщательно застегивал пуговицы. – Не убьет, кишка тонка. Я про другое. Через койку его и не такие недотроги проходили. Вернее, пролегали. Уж простите, сестра.

Щеки Лизы заалели.

– Да как вы смеете! Я – монахиня, возлюбленная Дио!

– С Дио он потом как-нибудь порешает, – поморщился Рокко.

– Если чего – папка заступится, не впервой. А вы поостерегитесь, не просто так говорю. Эта падла даже Энрику одурманить умудрилась, а она – стальная девка, из нее только гвозди делать, в гробы жрецам забивать. Да, кстати, за Энрику ему предъявлять тоже не надо, лучше прикиньтесь, что вообще ничего не знаете. И Ванессе – тем более ни слова! А то…

– Молодой человек! – окликнул Фабиано.