Мой палач

За напускным спокойствием скрывалась тревога, с которой все же удавалось бороться. Не дождавшись ответа, я принялась внимательно рассматривать прутья, из которых была сделана клетка, и большой навесной замок. В голове созрело столько вариантов побега, но вывод оказался неутешительным: без ключей не обойтись. Однако как бы я ни пыталась отыскать взглядом, у кого они, палач постоянно загораживал собой весь обзор.

– Вы не туда повернули, – указала я на развилку дороги. – Неужели собираетесь ехать через Волчье ущелье?

– Ведьма боится волков? – хохотнул один из стражников.

Я привстала на колени, обхватила руками прутья и с наигранным волнением ответила:

– Переживаю за вас глупеньких. У меня есть защита, – провела я пальцем по металлическому ограждению и ехидно усмехнулась, – а вот вы станете лакомым кусочком.

– Не разговаривать с ней, – отдал короткий приказ палач.

Наверное, они на самом деле не понимали, что делали. Ведь здесь бродили огромные стаи голодных животных, готовых в любую минуту напасть на первого встречного.

А также этот путь сокращал отведенное мне время с пяти дней до трех. И первый из них прошел слишком быстро.

На ночлег мы остановились посреди леса. Мужчины не забыли разжечь костер, а затем поочередно сторожили лагерь от хищников. С кем бы я ни пыталась заговорить, никто не отвечал. Конвой слушался своего начальника, подчинялся ему. А мне хотелось увидеть его лицо, чтобы подтвердить догадку по поводу личности этого человека. Еще там, на казни, я лишь мельком уловила образ палача, но оказалось бы странным, если бы это оказался именно он.

А вот утро решило порадовать меня. Я еще не успела даже разомкнуть глаза, как настроение поднялось едва ли не до небес. Моя рука нащупала что-то круглое и очень знакомое, шершавое, с неровной каймой. Оказалось, медяк можно найти даже в клетке, всего-то стоило заглянуть в щели между досками. Я резко села, проверила на себе наличие остальных монет и широко улыбнулась. Вот она, удача!

– Почтенный палач, мне вчерашний ужин не понравился.

Вы ели мясо, а мне дали черствый кусок хлеба. Ваши люди явно забрали мою порцию. Я ведь искренне верю, что вы не станете обделять девушку, особенно в такой мелочи, как еда.

– Это кого ты тут девушкой назвала? – хохотнул вчерашний говорун, запрыгивая на коня.

– Тебя, малышка. Кого же еще?

Однако ответа на мой выпад почему-то не последовало. Снова раздался щелчок хлыста, и мы тронулись в путь. По здешним местам мне никогда не доводилась проезжать.