Мой палач

Я обещала себе отомстить этому человеку, сбежать от него, показать, что не все решается грубой силой и что Эйви Морисон невозможно остановить. Но утро, обычная близость, интерес к Тиррену пошатнули всякую уверенность в своих суждениях и желании так поступать.

Почему?

Я привела себя в порядок и размотала длинную ленту плотной ткани, удерживающей медяки. Немного поразмыслив, я обвязала ею бедро, захватывая правую ногу таким образом, чтобы было проще дотянуться до монеток. Две из них снова оказались между ее полосками, открывая лишь свои бока, чтобы случайно не потерялись, не исчезли в самый неподходящий момент.

Третью же я засунула под обновленную повязку, хотя крайне не хотела выпускать ее из рук. Медяки добавляли каплю уверенности и являлись моим спасением. С помощью миама мне не единожды удавалось избежать неприятностей, он стал неотъемлемым помощником, но в то же время именно из-за него пришлось расстаться с прежней жизнью.

К тому моменту, как я вернулась, на поляне уже все было убрано. Тиррен со скучающим видом сидел на своем пне и дожидался меня.

Как только я приблизилась к нему, он поднялся и направился к лошади. Спустя пару минут мы уже ехали на ней по лесной тропе и вскоре выехали на холмистый участок без единого деревца.

Палач расположился позади, держал поводья, однако не допускал ни единого касания. На этот раз я не висела вниз головой, не ощущала, как холодеют внутренности из-за неудобной позы. Но в то же время появился дискомфорт. Мужская рука постоянно находилась перед моими глазами, периодически сжимала кожаный ремешок, отчего на ней выступили ниточки вен.

Еще немного – и она легла бы на мою ногу, дотронулась до локтя, однако ничего подобного не происходило. Расстояние не сокращалось, но нутро замирало от каждого движения Тиррена.

Черная грива коня блестела на солнце, и я раз за разом заставляла себя смотреть именно на нее или хотя бы поднимать голову и наблюдать за дорогой, но взгляд все равно самопроизвольно опускался к этой руке, жар которой еще утром согревал мою щеку.

Когда мы снова оказались в лесу, уже более редком, я наконец встряхнула головой и, к своему сожалению, обнаружила знакомые места: огромные забавно скучковавшиеся валуны, толстые стволы высоких деревьев и широкую тропу, по которой ранее много раз проезжала.

Осознание, что скоро появится Шигард, что время почти на исходе и что я все делаю не так, заставило вспомнить о намерении избавиться от палача. Медяк незаметно оказался у меня в руке.