Принцесса по приказу

Рой благодарно кивнул, сделал насколько глотков и вновь посмотрел на меня:

— Возможно, нам удастся прийти к компромиссу?

— Хотите меня купить?

— Скорее, соблазнить, — его улыбка вышла очень кривой. — Хотя по этой части у нас больше мэссэр Гаудани…

— Вот его и соблазняйте! — я не собиралась сдаваться.

Рой рассмеялся:

— Я не думаю, что мне это удастся, а вот вам…

Он выразительно посмотрел на мою грудь, заставляя меня скрестить руки.

— Немедленно прекратите эти намеки! — потребовала я.

— Гаудани, — поправил меня он.

— Какая разница! Так вот, я не собираюсь ни его соблазнять, ни выходить за него замуж! Завтра я наконец напишу заявление об уходе и поеду на дачу к огурцам!

— И что потом? — усмехнулся граф Алайстер. — Когда запал праведного негодования пройдет? С чем вы останетесь? С гордостью? Вы сможете прожить, питаясь только ею?

— Почему только ею? — слабо возразила я, прекрасно понимая, что он сейчас озвучивает мои мысли.

— Потому что я не понаслышке знаю вашу систему. Думаете, после этого вы сможете устроиться на нормальную работу? — Рой встал и подошел к окну, делая вид, что рассматривает двор.

Я тоже молчала, пытаясь для себя решить, как быть дальше. Было слышно, как из крана капает вода: кап, кап… не выдержав, я подошла и закрутила вентиль.

— Решать вам, я не буду настаивать и попрошу отменить приказ, — граф нарушил молчание.

— Пройти, но не погибнуть!

— Думаете в своем мире вы в большей безопасности? — иронично поинтересовался он. — Все эти ваши автомобили, поезда, самолеты…

Я опустила голову, признавая его правоту. Действительно, как утверждал любимый писатель, во все времена человек был внезапно смертен. К тому же где-то в глубине души я мечтала о приключениях. Я и в пятиборье пошла только из-за лошадей и шпаги, и вот теперь…

— Что ж, мне пора! — не догадываясь о моих мучениях, граф допил кофе и поднялся.

— Будете искать еще одного двойника?

— Нет. Вернусь в Лагомбардию. Исчезновением Кариссы могут воспользоваться в Лаччио и поднять смуту среди жителей обеих стран. Эта свадьба — символ доброй воли и мира, и нам очень важно, чтобы ничто не смогло помешать ей.

— К тому же за принцессой наверняка дают хорошее приданое, — пробормотала я.