Принцесса по приказу

— Мэссэр, пытаясь приписать мне столь низменные мысли, вы оскорбляете искусство! —запротестовал Боненвенунто, на этот раз абсолютно искренне.

Его покровитель проигнорировал это.

— Или ты принялся за старое, и в твоем бегстве повинна женщина, точнее, ее оскорбленные родственники, — хмыкнул он, скрещивая руки на груди. — Ну и во сколько на этот раз оценивается поруганная честь?

— В том-то и дело, мэссэр, что они направились прямиком к Его святости с требованием, чтобы я женился на этой торговке смоковницей, а ведь она даже не была девицей!

При этих словах рядом со мной раздалось возмущенное фырканье Далии.

— Поэтому ты предпочел сбежать и переложить на меня все свои проблемы, — подытожил граф.

— Мэссэр, вы снова меня оскорбляете!

— Ты всегда можешь уйти, нанявшись к кому-нибудь другому, если тебе так неприятна правда…

С улыбкой на губах граф Алайстер пристально смотрел на художника, тот вновь склонил голову:

— Мэссэр, я не могу нанести такой удар тому, кто столько лет покровительствовал мне, делился со мной кровом и пищей.

— Скажи проще: никто не будет платить тебе столько же, сколько я! — расхохотался Рой, затем перевел взгляд на нас с Далией. Признаться, мы обе бесстыже подслушивали этот разговор. — Так вот, дорогой мой, во всех смыслах этого слова, Боненвенунто, позволь напомнить тебе, что молчание — всегда золото…

— Неужели я должен забыть эту прекрасную незнакомку, которую я имел счастье лицезреть в окне вашей опочивальни?

— Ты просто читаешь мои мысли.

— О, мэссэр, вы разбиваете мне сердце! Видеть красоту и не иметь возможности рассказать о ней…

— Выгоню, — оборвал его Алайстер.

— Хотя в балладе я всегда могу петь о красоте незнакомки, — спохватился Боненвенунто, поняв, что слегка перегнул палку.

— Лучше спой мне о Лаччио! Ибо слово — это все-таки серебро... — Рой вышел из дворика, сделав художнику знак следовать за ним. Я хмыкнула. А художник не так прост, как казалось!

Далия, стоявшая за моей спиной, выдохнула и, обойдя меня, достаточно громко хлопнула оконными рамами.

— Я же говорила, что не стоит подходить к окнам! — воскликнула она. — Хорошо, вас увидел лишь этот бездельник и при этом не вспомнил про принцессу Кариссу!

— Мы действительно так похожи?

— Да. Удивительно, почему Боно не заметил этого.

— Он видел принцессу?

— В прошлом году он писал ее портрет для мэссэра Гаудани.

— Тогда, скорее всего, он заметил слишком много отличий, — предположила я, — он же художник.