Госпожа леса

Гарту, как прославленному мастеру гончарного дела, отдали почетное место в самом центре ярмарочной площади.

Местный староста с теплотой встретил супружескую пару и Элинэю, пригласил в свой дом и усадил за стол. Вместе с женой и детьми угощал разными блюдами и предлагал крепкой наливки и подогретого меда.

Элинэя впервые с момента прибытия в этот край почувствовала себя уютно и спокойно. Здешний староста напомнил ей старосту Регена. Он был таким же внимательным хозяином, приветливым и ласковым с гостями.

В доме радушного хозяина Элинэя перепробовала разных блюд и даже пригубила крепкой наливки.

Когда застолье перетекло в задушевные беседы и воспоминания о минувших днях, Элинэя воспользовалась краткой заминкой и спросила у старосты, не знает ли он, где находится дом первой ведуньи.

— Если хочешь взглянуть на дом Ивеллы, девочка, то ничего у тебя не получится, — развел руками Вейренский староста и добавил с сожалением, — ее дом сгорел. Говорят, что чуть ли не сразу после ее гибели.

Он помолчал немного, пожевал губами задумавшись и добавил чуть погодя:

— Все, что осталось от жилища Ивеллы — это проросшая земля.

Садик у нее был. Там она растила разные редкие травы и цветы.

Он улыбнулся каким-то своим воспоминаниям и продолжил:

— А еще там рос дуб. Великан! В детстве мы с братом весь его излазили.

Элинэя с грустью подумала, что ей не повезло и она так и не найдет ответов на вопросы, которые давно не давали покоя. А потом Вейренский староста ее удивил и вселил надежду своими словами.

— Жаль, что вы приезжаете только зимой, на ярмарку.

Вот приехали бы в лето, когда все расцветает у того дуба, — он зажмурился, качая головой, — увидели бы столько трав и цветов! Таких вы нигде не встретите, уж поверьте!

— Каких, староста? — прямо спросила Элинэя.

Подозрения закрались ей в душу, и она подумала, что узнает сейчас что-то важное. И не прогадала. Здешний староста ее не разочаровал.

— Так ведь тех, что у нас всюду изображены, — обвел он рукой свою избу, а потом еще махнул куда-то в сторону выхода.

Элинэя от радости чуть не подскочила на месте.

— Вы ведь говорите о тех травах, которые изображены на стенах Вейрена и в Велебы? — на всякий случай уточнила она.

И едва могла усидеть, так не терпелось узнать правду.

Староста кивнул ей.

— О них, девочка. О них говорю. О каких же еще? Эти травы только у нас в Вейрене и растут, — с гордостью заявил он, — Их вывела сама Ивелла! Но мало кто знает, зачем они. Красивые — это да! Но не целебные и не волшебные.