Когда грифон охотится

– Рей?

Тот замешкался, но Идель увидела, как у подчиненного нервно дернулся локоть.

«Злится»

Рейберт прочистил горло, взял себя в руки и обернулся к ее светлости.

– Что он делал в вашей спальне?

Надо же, даже не поздоровался.

– Спал, – невозмутимо отозвалась Идель.

– Это я видел, – выдавил Рей с таким видом, что Идель поняла: одно ее неверное слово, и бедолага барон не доживет до вечера. Ну или Рейберт, смотря кто из них победит в схватке.

– Но почему он спал у вас, миледи?

Создатель, до чего же он рассержен!

Идель пожала плечом и, призывая идти, отозвалась:

– Сказал, что прятался от дочери Тобиаса.

Мол, Тобиас прислал. Ну, ты понял.

– Угу, – мрачно пробубнил Рей. – Понял. И я проверю, так ли это. Думаю, этот Железный Барон соображает, что лучше не врать.

Увидев Идель с Реем, Эмрис стушевался. На нее он смотрел с каким-то двояким выражением, смысла которого Идель не улавливала, на Рея – с опасением. Сам Рейберт таращился на Железного волком, и Крейг, наблюдая, даже подобрался.

Мол, чего это тут все?

– Ваша светлость. – Эмрис почтительно поклонился, скрадывая напряжение и возвращая ситуацию в русло абсолютно будничного утра.

– Ваша милость. – Идель тоже заняла нейтрально-дружелюбную позицию. – Вы сказали, стрела, которую я вытащила из трупа, при вас?

– Да-да, конечно. Крейг?

Здоровяк, будто ожидавший подобного приказа, протянул одну стрелу и отрапортовался:

– Мы так же собрали все оружие, какое там нашли.

Оно там, на заднем дворе. Если хотите…

Идель остановила поток слов жестом, за которым снова угадывалась та самая безупречная, благородная скульптура. Если Крейг наготове, значит, Эмрис сразу дал ему понять, что оружие – важно. Видимо, Эвана он тоже хотел растрясти насчет сведений, добытых у пленных, до того, как Идель проснется, чтобы ее утро в самом деле началось с добрых вестей. Что ж, Железный определенно наконец-то понял, что она ему не враг.

Леди вдумчиво поглядела на стрелу и, не отрывая взор, приказала:

– Подготовь лошадь, Эван.

– Стоило приказать именно Эвану, ибо Крейг еще со времен путешествия в Республики заслужил в сознании Идель звание «эффективного и убедительного малого».

– Лошадь? – не понял Дохлый.

Ну, разумеется. Создатель, и на кого только приходится полагаться Железному!

– Лошадь, – безмятежно подтвердила Идель. – Ну, знаешь, четыре ноги, хвост, грива. Не перепутай с конюхом.