Роковой зов

Голос профессора был крайне напряжен, когда она заговорила.

- А помнишь нашу летнюю усадьбу? Как давно мы там не были… год, два? Давно пора отдохнуть всем вместе, как прежде. Пусть дела подождут, правда?

- Не ззззаговаривай нам зззубы… Не приближайсссся… или мы перережем подруженьке горло…

- Не перережешь! Мира, не поддавайся, ты сильная, я верю в тебя!

- Врешь, тебе на нее плевать… Сколько разззз ты ее прогоняла, а? Работа важнее, не так ли?

Я видела с каким трудом профессор удерживала зрительный контакт, продолжая при этом говорить.

- Что ты знаешь о нас? О Тамире? Она никогда меня не предаст, как и я ее.

Слабый огонек надежды зажегся в черных как уголь глазах. Тварь ослабила хватку. Я поняла, что леди Арментроут все-таки сопротивляется. Профессор прерывисто вздохнула, вероятно, сделав такой же вывод. Воздух в комнате словно наэлектризовался.

- Мира, помнишь нашу детскую считалочку?

По бледной щеке леди Арментроут потекла одинокая слеза, а рука с кинжалом дрогнула. И голос профессора все же задрожал, я положила ей руку на плечо, она немного расслабилась, перевела дух.

- Раз, два — покружись!

Ну-ка, за руки возьмись.

Леди Тамира отшатнулась, потом всхлипнула, рука с кинжалом напряглась, женщина сжала губы в тонкую полоску, прикрыла глаза. Профессор продолжила.

- Три, четыре сосчитай…

Другой рукой леди Тамира вцепилась в рукоятку кинжала. Я видела, какие нечеловеческие усилия прикладывает бедная женщина и вот уже лезвие начинает сдвигаться в сторону.

- Друга за руку хватай!

И тут профессор ринулась к подруге и вцепилась в рукоять. Реджи подскочил следом, с другой стороны и начал разжимать сцепленные насмерть вокруг рукояти пальцы герцогини.

Я видела как теряющая контроль Асира дергалась внутри тела леди как в припадке, хрипела, извивалась.

Наконец, сталь звонко стукнулась об пол, а леди Тамира обмякла и начала заваливаться на бок. Реджи и профессор удержали ее, не дали упасть.

Он отнес герцогиню в спальню и аккуратно уложил на кровать. Алексия накрыла подругу одеялом, закутала как ребенка, сама легла рядом и обняла, согревая.

Я встала рядом с Реджи и мы начали с тревогой вглядываться в бледное лицо страдалицы, но оно уже не было мертвым, на щеках появился румянец. Через несколько минут леди Тамира открыла глаза.