Избранный чёрным солнцем

Я в ужасе распахнула глаза, осознавая, что случилось нечто ужасное.

- А-а-а-а! – мой крик вырвался на свободу, заставив задрожать стёкла императорского дворца. Это всё не могло быть простым сном!

Я вскочила с кровати и подбежала к зеркалу в своей комнате. В отражении я не увидела прежнюю себя, я увидела свою изменившуюся внешность, проколотую бровь, перекрашенные волосы, слегка отросшие у корней, проколотые уши, в которых красовались понравившиеся мне гвоздики, и некоторые другие изменения.

- Не-е-е-ет! – словно баньши завыла я, впадая в отчаяние.

Это всё не было сном! Единственный человек, перед которым я смогла открыться, погиб, пытаясь защитить меня от ловчих.

Я спешно сплела один из изученных вместе с ним конструктов и мои опасения только подтвердились. Они убили его! Убили Мишу!

- Анна Николаевна? Что-то случилось? – в комнату заглянула служанка.

- Прочь! – тихо и озлобленно прошипела я, слыша своё ненавистное имя.

Меня всю жизнь попрекали тем, что я посмела родиться с тёмным даром, и от этого имени меня бросало в дрожь, распирало от ненависти к самой себе, к своей беспомощности и беззащитности.

Он смог всё изменить, просто вмешавшись, просто не пройдя мимо. Его чёрная сила пробудила меня от апатии. Я даже не помню, зачем сбежала из отцовского дворца! То ли от напомаженного женишка из Германии, то ли просто от отчаяния. Даже когда я оказалась в одном из самых неблагополучных городов Подмосковья, я не была в таком отчаянии, как сейчас. Когда на меня напала та троица, я пришла в ужас, поняла, что люди вокруг ничем не отличаются от животных. Но он – отличался - он вмешался, когда не должен был этого делать. В дворянских кругах не принято такой беззаботности и искренности. Дворяне помогают другим только в случае долга или своей выгоды.

Да, он казался колючим и злым, но я же видела, что это на поверхности – там, глубже – все не так! Я же знаю, что он такой же как и я, сломанный жизнью и обществом, но не прогнувшийся. Вся его злость, просто защитный механизм, не более.

Просто, в отличие от меня, он разучился доверять людям. И, похоже, что я теперь тоже разучусь, когда отомщу!

- Я передам вашему батюшке, что вы наконец очнулись, – поклонилась служанка и поспешила ретироваться из комнаты.

Она видела, как моя злость нашла выход, повиснув над ней чёрной тучкой порчи. Блять! Да даже здесь он оказался прав! На людях проклятья порчи получались намного проще…

Я оделась в свою самую отвязную одежду, которую только можно найти во дворце.