Лета Триглава

– Никак, девица? Не трону вас, сударыня, не дрожите. Сами кто, позвольте полюбопытствовать?

– Дочь гробовщика, – ответила Беса, силясь разглядеть лицо незнакомца. – Обход делала. Дома у меня мать больная и брат малый… Едва навьих прогнала, а тут вы.

– Хозяйка, значит, – подобрав брошенный Бесин нож, незнакомец присел над ближайшим телом. – Какая-нибудь тара при вас имеется?

– Что?

– Соль будем добывать, говорю, – ответил незнакомец и принялся взрезать одежду с мертвого. – Впрочем, у меня своя. Поможете – поделюсь.

Беса переступила с ноги на ногу, облизала потрескавшиеся губы. Нутро еще обжимало страхом, но уверенный и спокойный голос незнакомца располагал к себе. Конечно, с одной-то стороны – нехорошо вот так, без Мехровых благословений людена жизни лишать. С другой – душегубы ведь, никаким богам не служат, и поступать с ними нужно не по божьим законам, а по совести.

– Кто они? – спросила Беса, подступая ближе.

Орудовал незнакомец на удивление ловко, сама Беса бы так не смогла. Даже под налипшей грязью видно, что пальцы у незнакомца – холеные, длинные, барские.

– Подручные Сыпа, – последовал ответ. – Знаете?

– Не.

– Ваше счастье. Так что ж, сударыня? Помогайте!

И, крякнув, вспорол покойнику брюхо.

В печени знакомо блеснуло. Людова соль потекла в подставленную склянку, наполнила до краев. Незнакомец заткнул ее пробкой, спрятал за пазуху, достал новую и спрыгнул в яму.

Подумав немного – об умершем тятке, об оставленной дома больной маменьке, о малом братце, – Беса сползла по грязи следом.

Вдвоем дело сладилось быстрее. На всякий случай Беса шептала под нос молитвы Мехре, прося быть милостивой к покойным и к ней самой. Ведь не корысть ее руками движет, а только нужда. А, может, и сама Мехра вывели ее на душегубов, чтоб наградить за верную службу.

– Славься, темная владычица! – бормотала Беса, наполняя вторую склянку. – Многая лета тебе и твоим детям! Упокой в Нави души убиенных!

Вздохнув, наглухо запечатала горлышко.

– А вот и ваша доля, голубушка. Оставьте при себе, – с улыбкой проговорил незнакомец. Ухватившись за основание могильного столба, ловко выкарабкался из ямы. – Уж не серчайте, что в ваших владениях так напачкали. Приберите во славу Мехры. А это, – он указал на склянку, – никому не показывайте. За контрабанду сами знаете, что бывает. Прощайте же теперь!

Незнакомец скользнул в сумрак. А Беса спрятала склянку в карман, поближе к первой, тяткиной.