Я — фанатка

— Где ты?

«Позади».

Поймав последнюю букву взглядом, я напряглась, ожидая, что сейчас девчонки набросятся с криками «бу!» или «поймали!». Но всё было тихо.

Позади меня находились занавешенные по случаю окна и кресло в углу. Обойти меня во время нашего маленького сеанса было невозможно — я бы заметила.

Перехватив тонкие подлокотники стула, я сместилась, чтобы развернуться и посмотреть назад, и в то же время, я ожидала, что кто-то может накинуться сзади, посчитав момент удачным, чтобы довести шутку до конца.

Я обернулась.

На кресле, в углу, укрытая тенью, сидела… Кукла? Кукла была большая — ростом с человека. Тусклого света свечей хватало на то, чтобы осветить лодочки белых туфель на низком каблуке, пышный подол искрившего камнями платья. напоминавший примятое безе, и руки, ровно лежавшие вдоль тела на подлокотниках.

Пусть и огромная, но пропорции больше подходили ребенку, обряженному в нарядное платье.

Это точно была кукла. В состоятельных семьях такая диковинка встречалась нередко.

Я не могла видеть её лица и волос — глубокая тень скрывала куклу до самых плеч, оставляя взгляду плоскую грудь и то, что находилось ниже.

Возможно, девушки посадили туда куклу и скрыли её от моего взора. Такие заклинания были гораздо проще.

Позади зашуршал снова оживший указатель. Я сглотнула. Отворачиваться и терять из виду угол не хотелось.

С другой стороны, со мной явно продолжали беседу.

Я подумала, что если это и не кукла, то, может быть, одна из переодетых девушек. Подруги могли взять кого-нибудь из группы себе в подельницы.

Нет, я решила так просто не сдаваться. Я покажу этим простушкам в чём разница между ними и мной!

Вдохнув поглубже я повернула голову к доске на столе.

«Поиграй со мной».

Я снова посмотрела на куклу, ожидая подлянки.

Но та, как и прежде, просто занимала угол, будто сидела там последний десяток лет.

— Хорошо. Что мне делать? — спросила я, продолжая сверлить взглядом куклу.

Позади раздалось знакомое шуршание.

Я снова обернулась к столу.

«Убегай», — сложились буквы.

Несмотря на всю мою собранность, груди коснулся липкий страх.

Я резко развернулась к кукле — и дрожь тут же пробрала меня до костей.