Мёд, яд и каравай!

— Значит, батюшка предложил обменять меня на отрубленную голову чародея, и все это поддержали?

Служанка радостно закивала:

— Справедливо и мудро рассудил наш государь! Честь ему и хвала! Будет у тебя, Ирьюшка, самый лучший муж.

— А если... колдун победит? Или не колдун он вовсе? Меня за него просватают?

Нянюшка побледнела и отшатнулась:

— Ох, девонька! Что ты такое говоришь?! Никто тебя злыдню этому, душегубу, ни за какие сокровища не отдаст! Да и не выстоит он супротив героев наших. Били они змея трëхглавого, били Ягу поганую, били Кощея бессмертного, а с колдуном без лица да без имени вмиг расправятся.

«Не расправятся, — мысленно пообещала я. — Лучше в девках останусь, чем за нелюбимого пойду. И пусть моë решение поперëк батюшкиного и в нарушение обычаев. Не дам Горина погубить!»

— Ирьюшка, милая, о чëм задумалась? — заботливо спросила нянюшка.

У меня созрел план. Три дня всего. Срок малый, а успеть нужно многое. Каждого богатыря расспросить и узнать их слабые места. Потом с помощью кольца увидеться с Горином, всё ему рассказать и.

— Детушка! Очнись! — служанка трясла меня за плечо.

— Да в порядке я, — ответила с притворной улыбкой. — Утомилась просто. И от счастья про всë позабыла. Жду не дождусь, когда победу над чародеем пышной свадьбой отпразднуем.

— Скоро, скоро, милая. Заприметил Велизар Лазаревич, в какую сторону колдун на птичьих крыльях отправился. Теперь не уйти ему от погони резвой, не избежать расплаты за содеянное.

«Это мы ещё посмотрим, — я недобро сверкнула глазами, — С кем правда, с тем и победа будет!»

Глава 4.

Минули ночь и утро. После обеда, когда нянюшки погрузились в привычные хлопоты, я надела простое платье, укрылась белым платком и тайком выбралась во двор.

Подслушав разговоры слуг, узнала, что Пересвет-Великан возле конюшни собственноручно коня перековывает. У меня родилась светлая мысль: как бы невзначай поднести богатырю водицу да завести беседу...

Вскоре я уже бодрым шагом направлялась в конюшню, прижимая к груди тяжëлый кувшин.

Вороной жеребец Горина понуро стоял на привязи. Я подошла к нему, огладила и, вынув из лакомки сладкий сухарик, протянула на ладони. Пошевелив губами, вороной взял угощение. Обнюхал пальцы и переливчато заржал.

Из-за ларя с зерном выглянул младший конюх, проворный веснушчатый мальчишка.

Я подозвала его и сунула в мозолистые руки паренька разноцветные кусочки леденцов.

— Благодарствую, низкий поклон...