Возрождение. Книга 2. Мор

Не зло, не враждебно. С сожалением, точно их обладатель извинялся. За что? За их ссору или за свой внешний вид? Не разобрать. Хаос был растерян не меньше, чем сама девушка.

С трудом переставляя ослабевшие ноги, она пошла в холл. Смотрела только в пол, в голове ее пульсировала единственная мысль:

- «Идти. Идти. Идти».

Вошедших за троицей воинов она уже не заметила. Хаос молча дал всем команду расступиться. Не повернулся, когда она проходила мимо, только поджал стянутые высохшей кровью губы, услышал короткий дрожащий вдох и сам задержал дыхание.

Около пришедших пахло смертью. Не мудрым созданием, как дающим, так и забирающим, а варварским животным, рвущим жертву на куски и ничего за это не предлагающим. Так пахли мучения, вражеская сталь, коснувшаяся кожи, собственная слабость и чужая жестокость.

Внутри Миры клокотали переживания. За него, за тех, кого он убил, за тех, кого убили отступники.

Война пришла, когда никто не ожидал ее встретить.

Глава 16

Мира встала у шкафа, выискивая подходящий наряд.

С волос, скрученных в тугой мокрый жгут, стекла капля. Прямо за шиворот. Девушка поежилась и обернулась на горящий камин – даже он не мог спасти ее от холода после принятия ванн.

Как не спас прошлым днем, когда она влетела сюда, едва сдерживая вой. Этот запах. Его никогда не смыть, не забыть, не перебить чем-то другим. Безумие в чистом виде. Чья-то кровь или твоя собственная – не важно, запекшаяся, она въедается в кожу, заполняет легкие испарениями, проникает сквозь мышцы прямо в душу.

Наверное, так становятся «непригодными»: чужая жизнь превращается в яд на твоем теле, оружие клеймит его, оставляет касания Смерти, а потом ты перебегаешь от случая к случаю. Ждешь, пока воспоминания призовут и высосут твою силу для Творца.

Мира замотала головой, отгоняя бредовые идеи. Отвернулась к одежде и различила среди темных пятен одно светлое – то самое платье из Центры.

- «Может, сейчас самое подходящее время, чтобы надеть его? Кажется, что белое для особых случаев, но это ведь просто цвет.

Хм. Надо бы узнать у леди Тамилии, что там на языке придворного этикета означает «белый». Надеюсь, что-нибудь неприличное».

Вытянула платье на плечиках. Рассмотрела. Бросила на постель и захлопнула дверцы шкафа, закрывая в маленьком темном пространстве все свои жуткие мысли. Никто не должен узнать о них, скоро они сами уйдут.

В момент, когда руки ловко зашнуровывали платье спереди, в спальню бесцеремонно вошли.