Возрождение. Книга 2. Мор

От нервного напряжения заболели виски.

- А как долго я была без сознания?

- По человеческим меркам дня три.

- «Три дня. Бедная Мари, за это время с ней могли сделать что угодно».

Хаос добрался до спальни, вошел и бережно опустил девушку на постель, что совсем не соответствовало его раздраженному выражению лица. Неясно, то ли он просто задумался, то ли подавлял гадкий позыв высказаться, то ли действительно был разочарован в таком поведении своей гостьи.

- Ее нужно забрать, - тихо, максимально осторожно настояла она, держа пастыря за запястья.

Тот выровнял спину, высвободив руки больше с просьбой, нежели с приказом. Вздохнув, бросил:

- Отдыхай. У меня куча занятий сегодня, но как только освобожусь – зайду.

Звучало это как обещание развернутого разговора о судьбе ведьмы. Как ни странно, хорошего в нем было мало: Мира ясно прослеживала в этом предложении некую холодность, будто позволять себя убеждать он не станет, будет убеждать сам.

Дождавшись, когда Хаос уйдет, девушка поднялась с постели и принялась бесцельно бродить по своим новым апартаментам. Роскошь окружения завораживала, но никак не могла отвлечь от главного. Сон, не смотря на усталость, долго не приходил, размышления раз за разом возвращались к брошенной подруге.

- «Я оказалась так увлечена Лиодором и этой мишурой, что совсем позабыла о ней. Ох… Вне стен пансиона из меня получается отвратительный друг, как можно было забыть о человеке? Надеюсь, она в порядке, иначе себе не прощу».

Повинуясь слабости, Мира все же легла и вскоре уснула. Сложно назвать ее сны спокойными – бурые пятна на бетонном покрытии подвала, злобный мужской крик, куча глаз, направленных на нее из темноты, неописуемая боль. Вонь. Запах жженого мяса, от которого предательски выделялась слюна. Голод давил желудок, заставляя плакать от осознания, что за глоток воды ты могла бы сама оставить на своем теле очередной рубец.

Глава 2

Мира раскрыла глаза от ужаса. Кошмар прервался на чувстве удушья – пальцы настоятеля Николая намертво сомкнулись на ее шее, преграждая путь кислороду. Громкий вдох ознаменовал пробуждение.

Хаос отложил книгу и сел рядом. Прижал дезориентированную девушку к себе, ладонями прошелся по влажной спине, едва прикрытой тонкой тканью. Холод ее дрожащего тела принял его жар с легкостью.