Возрождение. Книга 2. Мор

Мира провела рукой по колонне, поддерживающей балдахин из прозрачно-красной ткани. Вновь исподтишка подглянула за Хаосом. Он снял верхнюю одежду, бросил ее на спинку кресла, демонстрируя несколько кожаных ремней, повязанных поверх рубашки. Они десяток маленьких ножей, а к тому, что висел наискосок по спине, цеплялся интересный изогнутый кинжал с ярким драгоценным камнем в рукояти. Хаос расстегнул пряжку на груди и снял его, кинув поверх одежды. Следом те, что окутывали руки. Наблюдая за его отточенными, резкими движениями, Мира совершенно позабыла о том, где находится и что делает.

Ничего не говорила, ни о чем не думала, пока он не обернулся.

Продолжая снимать лишнее, вытянул рубашку из-за пояса. Расстегнул несколько верхних пуговиц.

- Мира?

Вопросительный взгляд подсказал, что выглядит она странно. Хаос закатал рукав и расстегнул цепочку, огибающую запястье. Каждое звено было исписано каким-то символами, потому Мира предположила – это некий волшебный амулет.

- Я хотела спросить… Раз мы теперь в Новом мире, наверное, неуместно называть тебя Лиодором? Все-таки, у тебя есть настоящее имя, а я тычу своим выдуманным.

Хаос стянул два перстня с пальцев. Украшения оставил на столе, затем зачесал волосы назад, но они вновь рассыпались, придав ему небрежный вид.

- Я не против, чтобы ты меня так звала. С этим именем я чувствую себя иначе, и мне нравится, что ты с ним видишь меня другим. Если тебе удобно - только рад… Все в порядке?

- А? – Мира отвернулась, пытаясь понять, что с ней происходит.

Сама не могла объяснить, все, что ощущала – желание прижаться к нему прямо сейчас, пока он стоит, снимая свое одеяние правителя. Так просто. Она хотела бы видеть это каждый вечер.

Столь будничный, но личный процесс вызвал в ней прилив теплоты.

Хаос склонил голову, наблюдая, как Мира подходит к нему. Больше ничего не спрашивал, предпочел выжидать, что она предпримет. Когда девушка подошла вплотную и поднялась на носочки, касаясь его губ своими, прикрыл глаза. Мягко, совершенно не настойчиво, а, скорее легко, почти невесомо.

Даже приложив немного силы, Мира не могла вести грубо. И все же, в этом было достаточно чувств, чтобы пастырь замер, усваивая момент в памяти.

Она нежно перебирала его волосы, а он устремил на нее удивленный взгляд. Всматриваясь в мечтательную улыбку, раскладывал на атомы и изучал, пытаясь понять, что не ошибся в своих догадках.

- Малышка, ты ничего не хочешь мне сказать?

- О чем ты?

Он не ответил.