Обманувшие смерть

В тот день она собрала вещи и отправилась со мной на руках подальше от дома, боясь возвращения Корэндо.

Лицо у Дорейку погрустнело.

— И где же вы жили?

— В нескольких днях была деревня, ближе к горам. Бабушка остановилась там, но потом пошла дальше. Она боялась, что Корэндо нас и там найдёт. Много дней она странствовала. Но время взяло своё, она уже не могла хорошо переносить долгие дороги. Она осталась в последней из деревень, что встретилась ей на пути. В Всемиле я рос с другими детьми, изучая их язык и традиции.

И прошло много лет с той истории с Корэндо, я вырос и видел, как тосковала моя бабушка, и решил отомстить. Но бабушка думала, что я недостаточно силён, и не захотела меня отпускать, поэтому попросила у духов помощи. Они превратили меня в медведя, а также подсказали, что колдун больше не человек, он стал птицей. Дали мне дар видеть, чтобы я, как увидел его, сразу узнал.

Дорейку замолчал, на переносице появилась морщинка.

— Но на самом деле, — он сделал паузу, ёжась, — я уже начал забывать себя, цель своего пути.

Лишь когда я увидел ворона, то вспомнил все. Я не желал вам зла, только этой птице, злодею.

Дорейку умоляюще смотрел на него, желал, чтоб ему поверили.

— Эта птица была нашим другом, — произнёс он, устало выдохнув, глядя в огонь. — Заря не обязан был мне помогать, и все же он это делал…

— Я не мог иначе! — перебил, нахмурившись, Дорейку.

— Мы сами творцы своей жизни и хозяева своих действий.

Он посмотрел в чёрные глаза Дорейку, отыскивая понимание, ведь и сам когда-то хотел отомстить.

Ему не удалось, не успел. Но тех, кто не виновен, он не трогал. Решив сменить тему, спросил:

— Как давно ты в медвежьем облике?

Дорейку растерянно пожал плечами.

— Может, ты пробыл в шкуре дольше, чем следовало. Ты слышал про Ревмиру?

— Нет. А что это?

Ему стало жаль Дорейку. Тот и не догадывался о том, что могло произойти с его деревней.

— Ревмиру создал один княжич. Ему не хватало собственных земель, он как мор, нападал на соседей, стремительно распространяясь.

Он собрал племена, княжества, села и деревни, покорил всех своей воле и власти, проливая слезы и кровь. Но у каждого пока ещё остались свои верования и порядки. Общее между всеми нами лишь небо, да земля.

Он глянул вверх, небо далёкое и тёмное, полное звёзд. Вдруг кашель его одолел.

— И моих земель это могло коснуться?

Прокашлявшись, он ответил:

— Твоя бабушка могла давно умереть, дожидаясь тебя.

На лице у Дорейку показалось удивление и последующий за ним испуг.