Обманувшие смерть

***

Потрескивая, слегка шипя, паления сгорали в очаге, что немного напоминал своим видом маленькую печь. Огонь внутри танцевал, а чёрный дым выходил через узкую трубу в стене, немного спасая жильцов от смога. Марианна сидела почти вплотную, молча. Илад больше ничего не сказал, да и она не хотела его слушать. И собственные мысли подобно падальщикам грызли её, подобно червям копошились в ней, точно в земле. Она не могла спокойно сидеть и выжидать рассвета.

И когда услышала детский крик, то облегчённо выдохнула. Обернулась.

Илад спокойно спал, судорожно не дёргался, как обычно. Глаза под веками трепетали, грудь беспокойно вздымалась. Она понимала, что ему снился не самый приятный сон, но будить не хотела. Злость, изнутри согревала и в какие-то моменты, даже обжигала, не давая покоя.

Вестница поднялась и, став невидимой, пошла за душой. Порой она думала, а если она не заберёт душу поблизости, то Морена это сама сделает? И тогда найдёт её и Илада? Марианна понимала, что та не к каждому приходит лично, будь её воля, она может и вовсе не переправляла души в Навь.

Да только нечисти больше станет в мире, а там за ним Хаос возрастёт. А это никому из богов не нужно, Марианна и это понимала.

Детский крик переходил в плач и вой. Марианна плавно, словно дуновение весеннего ветра, спустилась по лестнице спящего дома. Никто не слышал ребёнка, никому душераздирающий крик не мешал видеть сны. Но все жались под одеялами, чувствовали Смерть.

Даже она, не совсем живая, чувствовала, как пирует Морена. Крики, смерти, страдания и отчаяние.

Что от живых надышишься подобного, что от нечисти. Все они этим морозным воздухом наполняли лёгкие, ледяным Морененым дыханием выдыхали.

Зря она коснулась Хорсовой скалы. Зря отправилась в это странствие. Зря взмолилась к Мокоши. Пришла боль, легонько коснулась, тоненьким ледяным осколком пронзила сердце. Не до крика, многие с подобным и вовсе живут тихо. Морескин смех звучал в голове. Звонкий и издевающийся над чужой болью. А может это и не плохо? Она очнётся ото сна, станет живой, да умрёт сразу.

Или может Князь, властитель мёртвых, её сможет убить? Вот же Морене это не понравится, Марианна усмехнулась.

С темно-серого неба, кружась, опускались белые хлопья. По протоптанной дорожке она шла, под тусклым лунным светом на детский плач, который уносил вой ветра. Вдалеке за домами виднелись чёрные леса. Марианна развернулась, взглядом зацепилась за яркое полыхающее пламя, танцующее в ночи. У кроды стояли женщина с мужчиной, тихо плача.