Тень ее высочества

— Лидо, ты жив, — прохрипела Сиелла и отстранила лечащую руку. — Спасибо, дальше я сама. Займись Марионом.

— Чудо, — прошептал хранитель, помогая ей подняться с земли, — я не надеялся остаться в живых.

— Еще ничего не кончено, — возразила магистр. — Вернись к Мариону, приведи его в сознание, мы должны восстановить наши силы.

Сиелла сжала в кулаке магистерский накопитель — сапфир размером с перепелиное яйцо, ограненный в виде капли воды. Сила неспешно потекла в нее, наполняя спокойствием и уверенностью.

— Си, можешь помочь? — донесся откуда-то издали голос магистра огневиков.

Магесса поспешила к Вариору, который вместе с плачущей Шелли склонился над неподвижным телом.

— Петер! — охнула Сиелла. — Что с ним? Почему до сих пор не пришел в себя?

Приблизившись, она увидела багряное пятно на некогда белоснежной рубашке воздушника. Кровь продолжала сочиться из раны, собираясь в лужу под спиной мага.

— Чего вы ждете? Начинайте лечение!

Магистр ордена Огня покачал головой.

— Он в исцеляющей утопии.

Если мы сейчас займемся его раной, он может и не выйти из такого состояния. Тот, кто вытащил его из-под земли, прекрасно это понимал, поэтому лишь растворил пробивший живот корень и слегка заморозил рану.

— «Тот, кто вытащил», Вариор? Разве это не ты?

— Не я, но не об этом сейчас речь. Ты можешь поговорить с Петером, чтобы он вернулся?

От внезапности этих слов магесса невольно сделала шаг назад.

— Почему я, Вариор? У него есть хранители!

— Брюмель и Шелли пытались, но безуспешно. Через исцеляющую утопию, если кто и пробьется к его сознанию, так только человек, который ему небезразличен.

Магистры впились друг в друга взглядами. Синие, сверкающие гневом очи водницы и черные, полные вызова глаза огневика вели молчаливую дуэль. Запорошенное, смуглое лицо Вариора стало еще темней, а рваный шрам на левой щеке наоборот побелел.

Сиелла первой отвела взгляд.

— Но как ты узнал?..

— Любовь и кашель не скроешь, — пряча улыбку, молвил Вариор. — Ценю, что ты не стала отпираться, но поспеши, у нас мало времени.

Магесса опустилась на землю и прислонилась спиной к дубу. Целители осторожно переместили магистра так, чтобы его голова легла Сиелле на колени. Под глазами Петера залегли тени. Двухдневная темная щетина на скуластом лице резко контрастировала с мертвенной бледностью. Магистр Воды положила руку на грудь раненого — его сердце едва слышно билось. Закрыв глаза, Сиелла соскользнула во тьму.

Потирая скулу, к целителям приблизился Альберт.