Василиса

На кирпичных стенах замка висели портреты чародеев и гобелены с человекоголовыми птицами, и Мира каждый из них как бы невзначай пыталась дёрнуть и вытереть руку от болотной грязи.

— Тебе так нравится усложнять жизнь служанкам?

Девочка тут же убрала руку и с виноватым видом направилась дальше.

В покои вели расписные двери с рисунками из подсолнухов, пшеничных колосков и васильков.

Людвик распахнул двери одним движением руки. В комнате стояло всего две кровати, хотя казалось, что здесь могла поместиться ещё дюжина.

Витражные окна украшали тяжёлые вельветовые гардины, а каменный пол был почти полностью устлан узорчатыми коврами.

— Это твоё жилище на ближайшие… Сколько тебе?

— Двенадцать.

— На ближайшие шесть лет.

Мира в ужасе раскрыла рот, не веря своим ушам. Она хотела было вцепиться в руку чародея, но тот испарился в воздухе и запер за собой дверь. Девочка неистово дёргала за ручку, упираясь в пол ногами, и то барабанила кулаками, то кричала.

Выбившись из сил, она сползла по стене и села на пол.

Она решительно хотела отсюда выбраться, и была готова на всё. Как только ей на глаза попалось окно, Мира долго думать не стала. Она подбежала к нему и распахнула, наклоняясь вниз.

Дунул сильный поток ветра, заставляя её отпрянуть. Высота была такой, что у Миры сердце в пятки ушло от одного вида. Она нервно сглотнула.

«Может, получится найти верёвки или связать канат из простыней».

— Ты что, отойди! — сзади раздался писклявый голосок, а затем чьи-то руки схватили Миру за талии и повалили на пол.

— Ай! — она схватилась за голову. — Ты кто?

— Лита, а ты?

— Мира. Но это неважно. Не видишь, я пытаюсь сбежать, — девочка поднялась на ноги.

—Не обижайся, но, по-моему, ты пытаешься умереть. Такую высоту даже кошки не переживут.

—Слушай, не хочешь помогать – не надо, только не мешай, — Мира принялась стягивать с кровати покрывало.

— Это моя...

Мира фыркнула и принялась проделывать то же самое с другой.

— Ты странно пахнешь, — сказала Лита, принюхиваясь.

— А ты странно разговариваешь, но я же молчу, — она сорвала простынь и стала её скручивать.

— Тебе только ванную принять нужно. А мне от мамы такой голос достался. Она умерла два года назад.

— Чего? — тяжело дыша, Мира села на кровати, опершись локтями о колени. — Извини. Я просто… Мою маму везут в столицу на суд и… Её могут казнить, — голос девочки заметно дрогнул, — а меня заперли здесь.