Сердце в Инее

Отец не хотел видеть в своей дочери больше, чем просто принцессу, но он воспринимал её характер и гордился тем, какая она выросла. Мать же своим желанием, чтобы у дочери сложилась жизнь и в особенности появилась любовь и дети, раздражала Аравинду, но девушка никогда не говорила об этом, молча принимая всё как есть.

Последние заколки и кандзаси нашли место в сложной причёске невесты, прислуга закончила с узлами на поясе оби, расправила рукава фурисодэ. Мать застегнула ожерелье из золота с большими сапфирами и изумрудами — подарок будущего мужа — на тонкой шее, а слуги покрыли голову плотной вуалью, закрывшей лицо невесты.

Вуаль закрепили на волосах двумя палочками-кандзаси, украшенными листьями и лотосами из кораллов, шёлка и кости ладоса с длинными нитками жемчуга, свисавшими до плеч.

Под всей тяжестью брачного наряда и украшений на голове Аравинда едва держалась на ногах и медленно переступала, боясь спотыкнуться о подол или задохнуться в тугих поясах. Голова то и дело опускалась, а взгляд следил за ногами, делающими маленькие шажочки, ничего иного за фатой принцесса попросту не видела.

Мать то и дело двумя пальцами подымала лицо невесты за подбородок, напоминая о прямой осанке.

Принцесса помнила все правила этикета, но так хотела снять с себя все эти побрякушки. Долг оказался сильнее желаний. Словно самая смиренная невеста Аравинда вышла на аллею, где её под руку между выстроившимися гостями к алтарю повёл отец.

Аравинда нервничала, боялась спотыкнуться, упасть в обморок, чихнуть, кашлянуть, громко втянуть воздух или наоборот издать свист, либо любой другой звук и хоть чем-то опозорить себя, семью и свой народ.

Ноги заплетались, когда подошва попадала на стык двух каменных плиток. Под складками томэсодэ никто не видел, как балансировала невеста на высоких каблуках, никто не замечал, как под плотной вуалью Аравинда хмурилась и кусала губу.

Дорожка закончилась, руки отца вложили тонкие пальцы принцессы в горячие широкие ладони царевича. Дрожь прошла по телу невесты, страх и неопределённость, предвкушение и ожидание вошли в апогей.

Аравинда старалась подавить эмоции, и у неё стало получаться: сердцебиение и дыхание выровнялись.

Священник, по правую руку которого, напротив жениха, стоял архимаг Земли, а по левую руку, напротив невесты, архимаг Воды, зачитывал клятву на всеобщем языке, которую поочерёдно повторяли молодожёны.

Последние клятвы и согласия были озвучены, Аравинда отметила, что голос царевича весьма приятен её слуху.