Невеста Демона

Кажется, я даже почувствовала могильный холод, поднявшийся через половицы из подвала.

— Наверху думают, что на владельца контракта распространяется бессмертие демона, — нарушил тишину Хук, но Ауч резко на него зашикал.

Я стянула со стола подсохшую корку хлеба и откусила. Отец Ауч определенно нарушал закон и, если его на этом поймают, то он вряд ли избежит смертной казни. Но вот насколько он в свои незаконные делишки втянул подопечных? Неужели мы все теперь соучастники?

Отец Орм словно подслушал мои мысли и наклонился ближе, чтобы заглянуть мне в глаза:

— Если мы не заключим контракт с этим демоном, Николь, он не оставит нас в живых.

Ауч говорил тихо, но каждый на кухне прислушивался к его словам.

— Скажу больше, это демон даже после сделки зачистил бы следы. Чтобы больше никто не смог призвать его. Понимаешь?

Я неуверенно кивнула, наблюдая, как Алея выскребывает из кастрюли остатки каши в мусорку. А ведь я еще не позавтракала! Корка хлеба не считается.

— Ты в деле, Николь. Ты должна нам помочь.

— Как? Я поняла, что вариант у нас только один, заставить демона подписать контракт. Но как я могу помочь? Передать ему ручку в круг?

Хук вышел вперед, уперев кулаки в столешницу:

— Даже не пробуй! Он проткнет тебя этой ручкой!

— А как тогда?.. Как вы подписываете контракт?

Все внимание от воспитанников и отца Орма сосредоточилось на мне.

— Ты ничего не знаешь? Даже правил заключения сделки?

Я помотала головой.

— Я не чернокнижница, вы помните это?

Герк с Ованом встали, смерив меня презрительными взглядами, и вышли из кухни.

Алея притихла у раковины, хотя я видела, что посуду точно не мыла. Уж она бы ей гремела на весь приют! А Лайса присела к столу вопросительно поглядывая на Ауча.

— Как тогда она нам поможет, если она полный ноль?! — не выдержала Лайса и спросила отца Орма.

Хук фыркнул и оттолкнулся от стола, опираясь бедрами на стойку и складывая руки на груди. На секунду я засмотрелась. Хук был симпатичным и накачанным парнем. Почему-то я считала чернокнижников такими как Ауч, длинными, тощими, с неприятными лицами.

Но знакомство с воспитанниками этого приюта изменило мое восприятие.

И все же я надеялась, что маги в десять раз симпатичнее!

— Он говорит только с ней, — ответил Ауч, а я вздрогнула.

— Он? Демон? Он не говорил со мной! Ни разу!

— Но ты слышала смех.

— Мне могло померещится от страха.

— Значит, ты очень впечатлительная, Николь, — подал голос Хук. — Нам именно это и нужно.