Спасти царевну 2: сохранить свою тень

Елисей и Арина по большому кругу обошли главу семейства и медленно приблизились к царевне и ее тени.

– Нельзя сказать, что подарок к свадьбе, – царская чета неуверенно переглянулась, – но сие поможет вам быстрее закончить дела здесь, в Озерном крае. Мы хотим купить усадьбу.

– Арина будет счастлива поселиться рядом с семьей, – продолжил Елисей, – да и я, признаться, люблю общество князя. Даже к Виктору привык, он сейчас все больше супругой занят…

– И Ки Ран может быть уверен, – перебила Арина, – что дом не попадет в дрянные руки.

Я прикажу обновить побелку, отполировать полы, и больше ничего трогать не стану. Дом очень мил. Александра обладала великолепным вкусом. Я позабочусь о том, чтобы все, что было так дорого Вашей матери, принц, сохранилось в первозданном виде…

Дождавшись неуверенного кивка, Арина с визгом бросилась к Киро на шею.

– Спасибо!

Тень чувствовал, что растроган. Все, что происходило с ним сейчас, казалось сном, прекрасным, но несбыточным. Киро не оставляло чувство, что лишь одного резкого движения достаточно, чтобы все исчезло.

Каждый раз открывая глаза, он боялся обнаружить себя во дворце Императора, покорной чужой воле марионеткой, и каждый раз его страхи казались смешными и глупыми, стоило Миладе осторожно обхватить его ладонь своими тонкими пальцами.

***

– Сбегаешь?

Мирна вразвалочку подошла к коновязи. Из-за огромного живота и свободного домашнего платья казалось, что она не идет, а катится, как шарик, по посыпанной песком дорожке.

– Я должен передать срочное донесение цесаревичу Мирославу лично в руки, – неохотно произнес Иван.

– Сбегаешь! – Мирна толкнула его в плечо, совсем как в детстве, когда злилась.

Они помолчали.

– Я рада видеть, что ты жив.

Темные глаза Мирны лукаво блестели, черные волосы вились и торчали во все стороны. Видно было, замужней, поправившейся, беременной княжне тяжело смотреть за собой.

– И как только Витя тебя, такую растрепу, терпит? – усмехнулся Иван и осторожно дернул ее за распустившуюся косу.

Средняя дочь когда-то подпоручика Луговского обладала буйным нравом, не дюжей для девчонки силой и твердыми суждениями обо всем на свете. Из трех сестер она нравилась ему больше всех. И он никак не ожидал, что она первая из всех выйдет замуж. Домашний очаг и материнство казались чем-то безмерно далеким и совершенно неподходящим Мирне Семеновне Луговской.

– Давно в стольном граде служишь? – спросила она.

Иван пожал плечами.

– И трех декад не будет.