Отбор поневоле, или Как не убить эльфа

Они готовы рвать друг другу глотки, словно свора диких виверн, чтобы откусить побольше…

– Ты перебарщиваешь, Ал, не могут быть все девушки такими меркантильными!

– А ты, мой друг, слишком наивен, если думаешь иначе.

– В любом случае во время отбора ты можешь насладиться всеобщим обожанием и приятным флиртом. А то и позволить себе уединиться с одной из жаждущих тебя дамочек!

Принц промолчал в ответ на эту фразу, но я даже с расстояния ощутила его гнев и возмущение.

– Судишь по себе, – все-таки процедил эльфийский павлин, а дракон самодовольно хмыкнул. А это был именно дракон. Я четко видела ауру.

– Раз все так кошмарно, откажись! Выбери себе возлюбленную по сердцу и разгони этих прекрасных эльфиек, что заглядывают тебе в рот и не смотрят ни на кого больше! – воскликнул друг принца. – Я бы не отказался забрать себе парочку! В моем замке в Драконьем логе им понравится. Быстро их утешу, если будут расстраиваться, что не прошли отбор.

– Я бы отдал тебе всех, – усмехнулся Аланнадиэль, – причем не удивился бы, останься они все довольны тем, как ты их утешишь…

Мои щеки стали пунцовыми. Я не совсем понимала, о чем говорят эти двое, но многозначительные смешки и похмыкивания подсказали, что невинной девушке не стоило бы быть свидетелем подобных разговоров. Мне стало стыдно, но все же я не сумела убрать ракушку и перестать подслушивать…

– Ты не понимаешь, Рэйгар, что собой представляет отбор, – продолжал принц.

Голос стал серьезным. – Великое древо засохло. Несколько лет мудрецы бились над разгадкой, как возродить его, пока не выяснили, что нашу святыню необходимо напитать магией от истинного эльфийского союза.

Дракон помолчал, а потом задал вопрос:

– Теперь можно не волноваться? Насколько я слышал, древо распустилось недавно и даже отметило особым знаком одну девушку?

– Ты совершенно прав.

Советники утверждают, что она та самая имари.

– Имари? Истинная? – удивился дракон, и я тоже затаила дыхание, ведь теперь речь точно шла обо мне!

– Чушь. Я сам провожу дни и ночи в библиотеке и вовсе не уверен, что истинную возлюбленную отмечает именно голубой цвет. Это какая-то уловка, на которую горазды женщины, а эта – особенно!

И снова скрипит зубами! Так ты их сточишь, мухомор эльфийский.