Когда умолкает флейта

От одного из павлинов остался на виду лишь хвост, а от другого — голова, которая вдруг тоже подмигнула ратнику. «Наваждение! — решил Норм. — Чего только не привидится от духоты. Пора выбираться отсюда на свежий воздух». Сложив купленные книги в котомку, ратник закинул ее за спину, после чего забрал с прилавка корзину с «подарком» и двинулся к выходу. Когда Норм переступал порог заведения, до его слуха донеслись звуки заливистого смеха откуда-то из глубины лавки. Причем ратнику показалось, что смеялись два человека.

***

Вновь окунувшись в круговорот разноголосого базара, ратник стал продвигаться в сторону центральных ворот. Пробираясь сквозь толпу, он пару раз ловил руки воришек, пытавшихся завладеть его имуществом. Одному особенно наглому — дылде в грязных обносках с красной тряпкой на голове — он сильно сдавил запястье болевым приемом. Вор жалобно заверещал и с размаху плюхнулся в пыль. Он принялся трясти покалеченной рукой, бормоча проклятья. Посетители рынка, привычные к подобным сценам, молча, проходили мимо.

— Это что за безобразие! — громким дребезжащим голосом заявил старший стражник — пузатый коротышка с нашивкой сержанта на рукаве. — Грубиян! Вы за что обидели законопослушного подданного короны? Кто вы такой? А ну-ка, предъявите документы!

Сержант шагнул к Норму и почти уперся в него объемистым животом. Глаза стражника, смотревшие на ратника снизу вверх, метали молнии, а ноздри хищно раздувались. Вот только был ли тому причиной праведный гнев блюстителя закона или все-таки имела место жажда наживы продажного служителя магистрата? Скоро это должно было выясниться.

Двое подчиненных сержанта привычно заняли места по бокам нарушителя порядка. Вокруг места происшествия мгновенно образовалась пустота. С представителями власти здесь никто не хотел связываться. Люди и существа других разумных рас предпочитали обходить стороной собравшуюся группу. Лишь малютка-гном остановился и, раскрыв рот, принялся наблюдать за происходящим.

Вздохнув, Норм достал из-за пазухи пропуск. Увидев королевскую печать, стражники спали с лица. По тому как блюстители закона разочарованно переглянулись между собой, ратник понял, что сцена с воришкой была ими уже многократно отрепетирована и, судя по всему, еще ни разу не давала сбоев. Униженно извинившись перед ратником, сержант отдал команду своим подчиненным.