Царевна Лягушка. Приворот

— Это латка, — смутилась лягушка.

— Выглядит так, как будто ты её со своей шкуры делала!

Василиса шокированно побледнела. Это было заметно даже на её зелёной коже.

— А откуда вы узнали?

— Да ёжки, кочерёжки! — нецарственно плюнул на пол государь и быстро скинув с себя наряд прогнал всех прочь. На сегодня с него хватит! Что сыновья, что невестки, непонятно кто хуже...

Пока старшие братья были в раздумьях, что же их ждёт дальше. Иван царевич галопом помчался на кухню подливать кухарке любовное зелье в кисель, который она любила пить в обед.

На кухне было спокойно.

Пьер удалился на прогулку с какой-то дамочкой. Даже здесь, на пороге было слышно её «заливистый» смех.

Сама Настенька что-то напевала в каморке.

Ванька, осторожно прокравшийся на кухню к ее чашке, быстро выплеснул туда все зелье и долил до верху киселя, будто так и было.

Заслушавшись на прекрасное, девичье пение Иван чуть не был словлен с поличным, но лягушка, сидевшая на его плече начала его торопить, чтоб он прятался.

— Как ты объяснишь здесь своё присутствие? — поругалась она.

— А я скажу, что просто проходил мимо.

— И кто тебе поверит? — хмыкнула Василиса. — У тебя же взгляд такой бессовестный. Она сразу всё по твоему взгляду поймет.

— Нормальный у меня взгляд, — обиделся Ванька, но всё же спрятался.

Как раз вовремя. Из каморки «выпорхнула» Настенька с ворохом старых капустных листьев. Бросив их в плетёную корзину, девушка подошла к столу и начала сметать оттуда хлебные крошки.

— Ты сейчас к поросятам? — вышла следом за нею старуха Никаноровна, которая принесла несколько вяленых морковок.

— Да. Сейчас только капустные листья измельчу, чтобы им в кашу добавить.

— И морковку туда кинь, — протянула старуха морковь и увидела на столе чашку с киселем. — Жарко то как. Хоть бы чего попить.

Иван царевич, прятавшийся за дверью, весь похолодел от этих слов, с ужасом представляя что же его будет ждать, если та сейчас выпьет кисель.

— «Фу! Фу! Иди отседова, старая! Какой кисель посреди жары?! Иди водички попей!», — взмолился он.

— Сейчас молочка студеного вам налью, — предложила Настя и подошла к крынке с молоком.

— «Моя ж ты умница! Моя ж ты золотая!», — обрадовался Ванька.

— Да не стоит. Мне и киселька хватит, — отмахнулась старуха и залпом выпила все содержимое чашки.

— Иииии, — пропищал словно мышь Иван царевич, схватившись руками за голову и чуть не задавив лягушку.