О невестах, Бессмертных и чужих мирах

"Только учила Сеню языку и письму"? Так я тебе и поверил, Ливви! Так и поверил! — Мы были любовниками?

— Нет! — Оливия, зачем ты опять врешь мне? ! Да ещё так нагло! — Термин «любовники» подразумевает наличие сексуальной связи, а мы только целовались!

Несколько секунд я смотрел в её лицо, зачарованный наглость и смелостью, а потом откинул голову назад и громко рассмеялся.

Она… великолепна! Я восхищён и очарован!

— Была бы ты слабой и глупой — я бы от тебя избавился, — честно признался. — Но ты сильная, смелая и бойкая.

Мне нравится!

Уж точно "под стать мне"! В какой раз убедился, что мой свадебный дар попал в нужные руки.

— А мне это совсем не нравится, — не менее честно ответила она. Я видел это по её глазам, чувствовал в словах. — Не знаю, что ты там себе нафантазировал, Сирруш…

Тиамат! Как же мне понравилось, как она меня называет, а не этим "Сеня"! Захотелось узнать, как дарованное тобой имя звучит на её устах… Но пока это опасно, а значит — неисполнимо.

— …но между нами нет и не будет никаких отношений.

Могло получиться между мной и Сеней, но… Ты не он. Ты совершенно другой, чужой и опасный человек.

Я не должен был испытывать боль от её слов. Она говорила правду. Но почему тогда грудь так сжималась от боли?!

— Я это понимаю, Оливия, — сказал как можно мягче. — Но проблема в этом.

Сжал медальон, попытался разорвать цепочку сделанную из моей плоти и свадебный дар отреагировал — вонзился в мою кожу, которую не может разрубить и меч. Красные капли скатились с ладони и мгновенно испарились.

Кровь, наполненная ЦИ, была поглощена миром.

— В кулоне? — спросила она удивленно, облизала свои потрескавшиеся губы цвета недозревшей малины. И как же в этот момент мне хотелось прижаться к ним, наконец-то узнать, какие они на вкус…

Чтобы отвлечься от этих порочных мыслей, я ответил на её вопрос:

— Это не просто кулон. Это мой свадебный дар. Ты приняла его, он признал тебя. Теперь наши судьбы связаны. Пока смерть не разлучит нас.

Не сдержался и довольно улыбнулся.

Пусть я для тебя сейчас "другой, чужой, опасный человек", но теперь мы связаны. Никому не в силах разрубить нашу связь. Поэтому так же как и свадебный дар, и Сеню — ей придётся принять и меня!

— У меня вопрос, — голос Оливии так и звенел недовольством. Я вопросительно приподнял бровь. — Зачем ты таскал с собой такую важную вещь?! А если бы она попала не в те руки!

Я мог рассказать, что свадебный дар — моё сердце, переплавленное и зачарованное Богами Karduniaš*.